Самое постыдное, что в такт этим движениям, у меня между ног разливается жар, вызывая тёмное томление и усиливая спазм внизу живота.
Поймав ритм, я даже дышу, ускоряясь вместе с ним. Я зажмуриваю глаза, когда чувствую, как под сдержанное шипение Амира, брызгает густая сперма, увы, на этом позор не заканчивается.
Сафаров прижимает меня лопатками к гладкому кафелю, и его рука уверенно проникает между моими бёдрами, и мне не увернуться от этого.
— Ну что же ты, Анна, — насмешничает Амир, раздвигая складочки, позорно скользкие и вовсе не от мыла. — Теперь я чистый, у тебя ещё остались возражения?
Подушечка большого пальца кружит в сладкой зоне в поисках чувствительного местечка, и неизбежно его находит. Моё тело выдаёт себя подрагиваниями, каждый раз, когда Сафаров задевает пульсирующий клитор, хоть я и кусаю губы, чтобы не выдать стоном, что мне не только противно. Огненные нити свиваются в клубок внизу живота, усиливая предвкушение надвигающегося оргазма. Я задыхаюсь в клубах пара.
Уже не обращая внимания, что хватаюсь за плечи Сафарова, я растворяюсь в той чёрной волне, что накрывает меня в преддверии разрядки. Уронив голову на грудь Амира, поддаюсь, уговаривая не ненавидеть себя за то, что он со мной делает, за то, что я откликаюсь. Так быть не должно, но происходит.
Наигравшись, Сафаров позволяет мне кончить, и вместе с оргазмом на меня накатывает опустошение. Глупость, конечно. Нужно радоваться, что Амир не заходит дальше, что всё это происходит так. Меня ведь могли отдать на потеху мужчинам клана, не разбираясь, виновен ли мой отец.
Но сейчас из меня в очередной раз вынули стержень, моя девичья гордость растоптана, душа вывернута наизнанку, и Сафаров видит то, что я чувствую.
Он ополаскивает нас обоих и, помогая мне выбраться из душевой, неожиданно мягким тоном подбадривает:
— Давай, девочка. Пора спать.
Промокнув меня полотенцем, он быстро заканчивает обработку моих мелких ссадин. Я отрешённо наблюдаю за этим, вдруг понимая, что он старается не причинить мне лишней боли. Даже подул на ободранную коленку.
«Вспоминай, что ты женщина», — советовала мне Светлана.
Вряд ли это поможет в моём случае. Амир может взять всё, что захочет, и без моего согласия, и я для него, похоже, что-то вроде трофей, считаться с которым совсем необязательно.
Продолжая изображать, что я приняла правила игры, подтягиваю к себе аптечку, чтобы заняться плечом Сафарова. Оказалось, что швы всё-таки целы, но немного кровоточат и воспалились. Загоняя в Амира шприцы с медикаментами, я, не удержавшись, спрашиваю, впрочем, не сильно рассчитывая на ответ:
— Зачем ты так со мной? — голос мой звучит безучастно, — ещё немного и я стану разговаривать, как Сафаров.
— Я не умею по-другому, так что тебе придётся смириться.
В этом ответе всё: и честность, и приговор, и некое обещание, оно непонятное, но я уже чувствую, что мне не понравится.
— Надолго? — моя рука замирает над раненым плечом.
— Что? — холодные глаза смотрят на меня открыто, и я могу поклясться, что он понял, о чём я.
— Надолго смириться? — уточняю я.
— Пока я не решу иначе, — ещё один откровенный ответ.
— Но ты же знаешь, что мой отец не виноват… — облизнула я губы, мне на секунду показалось, что между нами перемирие, и я смогу достучаться до него.
— Как это связано? — бровь Сафарова насмешливо выгибается, демонстрируя, что я заблуждаюсь. — Я собираюсь заняться сексом не с ним, а с тобой.
У меня всё обрывается.
— То есть ты…
Амир поднимается и подхватывает меня с пуфика на руки.
— Да. Я тебя возьму.
Глава 26. Ты все правильно поняла
Сердце пропускает удар.
Звучит, как кошмар.
Говорить так — лицемерно, после того как я стонала у него в руках, но это какое-то отклонение. Помутнение на фоне стресса. Несмотря на то что Сафаров уже в который раз умело и цинично доводит меня до оргазма, я не хочу этого. Ни повторения, ни продолжения.
Но пока мне действительно везёт.
Двое суток с момента похищения, а я всё ещё жива и относительно цела. Физически я пострадала не так уж сильно и не от Амира. А вот психологически… Впрочем, это непервостепенная проблема.
Мне нужно понять, как себя вести, чтобы моё везение и дальше не заканчивалось. И максимально оттянуть сексуальный контакт, хотя, видит бог, это не самое страшное. По крайней мере, с Амиром. Вот попади я в своё время в руки Бекхана… Вспоминаю его «любимую» комнату, и даже думать не хочу о последствиях.