— Левой девки? Так ты называешь свою дочь? Ну конечно. А где ты был со своими нравоучениями, когда Сафаров-старший запугивал меня? Или когда люди Мустафы ночью вытащили меня из кровати? Поверь мне, ради тебя я не то, что не переспала бы ни с кем, я бы палец о палец не ударила.
— Значит, сама. С таким, как он
Его сейчас затрясет, и я вдруг чувствую мстительное удовольствие. Оно подхлестывает меня, и я отвечаю:
— Сама. И мне все понравилось.
— С убийцей…
— С чего ты взял? А может, мне и с мамой не общаться, она же с тобой спала. С вором. Или это лучше? Вор. Немужчина. Дрянной лицемерный человечишка.
Я, кажется, забыла свой зонт в подставке у вешалки, но возвращаться за ним не собираюсь. Толкнув застывшего отца плечом, я выхожу наружу.
Думаю, теперь мне от него и поздравлений с днем рождения не доведется получать. Уже поднимаю воротник, чтобы пробежать под дождем до остановки, когда дверь кафе открывается, и белый от злости отец хватает меня за плечо. Не понимаю, что ему еще нужно. Я же теперь для него прокаженная, он высказался.
Или нет.
Судя по налитым кровью глазам, из него вот-вот польется желчь.
Только высказаться ему не дают.
Позади отца открывается дверь, и из нее выходит такой здоровенный детина, что я поражаюсь, как я могла его не заметить в кафе. Вместо того, чтобы пойти по своим делам, он увесисто хлопает отца по спине.
Тот выпускает меня, разворачиваясь к незнакомцу, чтобы поставить его на место, а я вдруг чувствую до боли знакомый запах. Запах Амира. Резко поворачиваю голову влево. Сафаров делает шаг ко мне, загораживает своими плечами от отца, и я не могу надышаться.
— Какое разочарование, — только и говорит он. — Еще раз к ней подойдешь. Пожалеешь.
Голос его. Это правда Амир.
— Это моя дочь!
— Да, ей не повезло.
Тот тип из кафе все еще держит отца за шкирку, а Сафаров берет мою ледяную руку в свою теплую ладонь и уводит меня. Я бестолково и безмолвно иду, пока мы не оказываемся перед машиной, заднюю дверь которой для нас открывает Дмитрий.
— Что все это значит? — спохватываюсь я, чувствуя, как щемит сердце.
Ответ Амира меня шокирует.
Глава 50. Шансы
— Я хочу попробовать все с чистого листа. С тобой.
— Что?
Это последнее, что я ожидала услышать от Сафарова. Я морально готовилась к фразам вроде «Я еще не отвык», «Я тут мимо проезжал», «Я буду делать, что хочу».
Но слова Амира не вписываются никак. Словно бублик от детской пирамидки, который не влезает в квадратную коробочку.
— С чистого листа?
— Аня, ты собираешься выяснять отношения под дождем посреди улицы?
— Почему бы и нет.
— Давай, мы сядем в машину. Хотя бы не придется перекрикиваться.
Да, на улице шумно, но я не спешу забираться в салон.
— И зачем мне это делать?
— Разве тебе не интересно, что я хочу сказать?
Еще как интересно, но признавать это я не желаю. А еще я ловлю себя на том, что жадно разглядываю черты лица. Неожиданно Амир выглядит не таким непробиваемым, как обычно. С одной стороны, все вроде бы как всегда: уверенный открытый взгляд серо-голубых глаз, упрямая линия рта, но или мне кажется, или я улавливаю нервозность. За дни проведенные рядом с Сафаровым я научилась определять если не нюансы его настроения, то общее направление точно. Даже если Амир ничего не показывает внешне.
Почему-то мою решимость ломает щетина.
Это очень непривычно.
Раненый, невыспавшийся, неважно. Сафарова небритым я видела только два раза. В ночь, когда он заявился в квартиру Эммы, и в тот день на даче.
Именно эта проклятая щетина дает мне понять, что Амир не в порядке.
Не узнать, в чем дело, — выше моих сил.
Помедлив, я все же сажусь на предложенное место. Сафаров жестом отпускает Дмитрия и сам садится за руль.
Хотелось бы, чтобы Дмитрий остался под дождем брошенным своим хозяином, но, увы, он отправляется к другой машине.
— Куда ты меня везешь? — спрашиваю я, когда Амир выезжает на дорогу.
— Домой.
— Ко мне?
— Я бы хотел к себе, но это все испортит, правда? — взгляд на меня в зеркало дальнего обзора.
— Точно. Говори: что тебе от меня нужно?
— Ты.
— Останови машину, я выйду.
— Выслушай меня, ладно?
— Мы это уже проходили, Амир, — качаю я головой. — Ты либо мутишь воду, либо говоришь так, что лучше б уж молчал.
Я прекрасно помню, его «шикарное» предложение поехать с ним в Москву в качестве содержанки, или что там имелось в виду.