Закон деверства, как сказано было выше, составляет исключение в числе общих постановлений, запрещающих брачные отношения в близких степенях родства. Теперь нам остается сказать еще о специальных запрещениях.
К специальным запрещениям относятся постановления, определяющие брачные отношения лиц, занимающих исключительное положение в народе или поставленных в особые условия. Сюда относятся постановления относительно брачных отношений первосвященника, священников, девиц-наследниц, лиц с физическими недостатками и лиц, получивших развод по первом" браку. Относительно первосвященника закон постановляет, что в жену он должен брать девицу (из народа своего). Вдову, или отверженную, или опороченную, или блудницу не должен он брать в жену"*(152). Это постановление, очевидно, имеет целью поставить брачный союз первосвященника на степень, вполне соответствующую высоте и святости его сана. Из него же видно, что закон деверства для первосвященника не обязателен, так как ему запрещается жениться на вдове. Подобное же, хотя и менее ограничивающее выбор, постановление имеет место и по отношению к священникам. Они могут жениться не только на девице, но и на вдове, но во всяком случае "они не должны брать и жен", отверженную мужем своим, ибо они святы Господу Богу своему*(153). Относительно брака наследниц, в видах сохранения экономическо-землевладельческого равновесия колен, было постановлено, чтобы они не выходили замуж в другое колено, а выбирали себе мужа в своем колене. В этом отношении находят замечательное сходство еврейского закона с афинским, по которому наследницы, так называемые
, должны были выходить замуж за ближайшего родственника; и собственность принадлежала мужу только до совершеннолетия сына, к которому она потом переходила. Сын вместе с владением получал и имя, но не своего отца, а деда с материнской стороны. Цель такого постановления у обоих народов одна и та же - сохранение родового земельного владения и имени рода*(154). На основании постановления Втор. XXIII, 1, по которому "у кого раздавлены ятра или отрезан детородный член, тот не может войти в общество Господне", с вероятностью заключают о том, что этим постановлением запрещается означенным лицам жениться на израильтянках*(155). Наконец, закон подвергает некоторым ограничениям брак разведенных лиц. Относящиеся сюда постановления представляют некоторое затруднение для объяснения. По Моисееву закону, разведенная жена могла выходить замуж за кого ей угодно; но если ее второй муж умер или развелся с нею, то она уже не может выйти опять за первого. "Если кто возьмет жену и сделается ее мужем, и она не найдет благоволения в глазах его, напишет ей разводное письмо и даст ей в руки, и он отпустит ее из дома своего, и она выйдет из дома его, пойдет и выйдет за другого мужа; но и сей последний муж возненавидит ее и отпустит ее из дома своего, или умрет сей последний муж ее, взявший ее себе в жену: то не может первый ее муж, отпустивший ее, опять взять ее себе в жену, после того, как она осквернена; ибо сие есть мерзость пред Господом Богом твоим, и не порочь земли, которую Господь Бог твой дает тебе в удел"*(156). Из этого постановления можно заключить, что брак с первым мужем не запрещался и после развода, если только жена не выходила замуж за другого. В противном случае - такой брак считается законом как "мерзость", так как жена является уже "оскверненною". Мотивы такого постановления закона трудно определить с точностью. Зальшюц*(157) хочет объяснить его указанием на сходство отношений рассматриваемых лиц с отношениями, определенными в Лев. XVIII, 16, где запрещается открывать наготу жены брата своего. Но такое объяснение отзывается искусственностью. Более удовлетворительно объяснение Кнобеля*(158). В брачный союз, говорит он, по самому существу его вступают только двое - муж и жена, - третий не имеет места в этом союзе. Если жена вступила в союз с мужем, сделалась его плотью, то и должна оставаться такою. Если же она по случаю развода вступила в брачный союз с другим мужчиною, сделалась плотью другого, то этим самым уже нарушена святость брака. Женщина хотя и могла жить с другим мужем, но уже для первого мужа она была осквернена, и потому уже не могла опять вступить с ним в брачные отношения.