Таково было социальное положение женщины у еврейского народа. Из представленного очерка видно, что оно почти ничем не отличалось от теперешнего положения женщины в Европе*(199). Если принять при этом во внимание те века культурного развития, которые отделяют теперешнюю Европу от тогдашней Палестины, то представленное сравнение, очевидно, не в пользу первой.
Такое общественное положение женщины, естественно, благотворно влияло и на семейное, домашнее положение. И мы видим, что в домашней жизни женщина так же полноправна и свободна, как и в общественной. Сарра полновластно управляет делами в доме как госпожа, так что Авраам вполне слушает ее голос и исполняет ее желания иногда даже вопреки своему собственному желанию*(200); Ревекка также является полноправною госпожою дома, а Мелхола, жена Давида, даже превышает приличное ей право и потому встречает ограничение, хотя и выраженное в тонкой форме, не противоречащей супружескому почтению*(201). Благодаря такому независимому положению в доме жена могла принимать к себе гостей по собственному желанию, даже, по-видимому, без ведома мужа, как это, напр., делала богатая сонамитянка, приглашавшая к себе Елисея всякий раз, как только он приходил в Сонам, и потом с согласия мужа приготовившая для него особое помещение
*(202). Жена могла завязывать отношения с людьми даже вопреки желанию мужа, как это видно из примера Авигеи, доброй жены злого Навала, принесшей Давиду дары после грубого отказа со стороны мужа*(203). Жена была равноправна с мужем и по отношению к детям и к домашнему хозяйству. Так, Анна по своему желанию определяет судьбу своего сына Самуила, и муж вполне соглашается с ней: "делай, что тебе угодно", - говорит он*(204). Ревекка высказывает свое нежелание, чтобы Иаков взял себе жену из дочерей ханаанских, и муж ее Исаак при благословении Иакова сообразуется с ее желанием, и заповедал Иакову, и сказал: "не бери себе жены из дочерей ханаанских"*(205). Упомянутая выше сонамитянка для исполнения своего желания предпринимает даже построение целой горницы для Елисея и получает полное согласие со стороны мужа, к которому она притом по этому делу обращается не с просьбою о позволении, а с выражением лишь своего желания в форме сознания своей полноправности: "сделаем, - говорит она мужу, - небольшую горницу над стеною и поставим ему там постелю, и стол, и седалище, и светильник; и когда он будет приходить к нам, пусть заходит туда"*(206). Жена при случае даже порицала своего мужа, как это видно из примера доброй Авигеи, которая так отзывалась Давиду о своем муже Навале: "Пусть господин мой не обращает внимания на этого злого человека, на Навала; ибо каково имя, таков и он. Навал (безумный) - имя его, и безумие его с ним"*(207). Мелхола даже лично обратилась к Давиду с упреками за неприличное будто бы его поведение при перенесении ковчега, когда он от радости скакал и плясал пред ковчегом: "как отличился сегодня царь Израилев (говорила она Давиду), обнажившись сегодня пред глазами рабынь рабов своих, как обнажается какой-нибудь пустой человек!"*(208)