готовясь уже разорвать ее на небольшие волокна. Неужели девчонка настолько боится его? Хибари усмехнулся своим мыслям, но на его лице не отразилась ни одна эмоция. Он все контролировал. Опять. Цепкий взгляд оглядел Еву с ног до головы, пытаясь выявить какой-то изъян в ее образе, фигуре, а их наверняка было предостаточно. Белые волосы наспех собранные в низкий пучок, но несколько коротких прядей все-таки обрамляли лицо, испуганные голубые глаза не смели встречаться с внимательным взглядом хранителя облака, предпочитая осматривать паркет на полу, голубого цвета блузка и темно-синяя юбка с небольшим бантиком, а на ногах уже порядком изношенные балетки. И это в таком виде она собралась убираться?.. Кёя понял, что до этого попросту не заметил, во что была одета девушка, предпочитая на этот раз гнев анализу... - Можешь приступать к уборке, - получилось слишком холодно, но брюнет не обратил на это внимания, предпочитая рассмотреть бледное девичье лицо, на котором, после его тона, отразился самый настоящий ужас. Хибари, не сдержавшись, тяжело вздохнул, закатывая глаза. Пугливый зверек. Ева не стала спрашивать, убирать ли ей еще и спальню, предпочитая молчание, которое на данный момент ее спасало. Она, оставив пылесос около двери, проследовала к книжному стеллажу, принявшись разбирать все папки с документацией и книгами по алфавиту, предварительно вытирая пыль на полках. Голубые глаза стрельнули в сторону сидящего хранителя облака. Галстук лежал на краю стола, не сложенный, буквально прошенный на жесткую холодную поверхность, а пиджак висел на спинке кресла, оставляя Хибари лишь в одной рубашке. Раскосые глаза снова принялись за изучение каких-то бумаг, нисколько не обращая на девушку внимания. Ну, ничего такого ужасного здесь нет. С такими мыслями Браун снова принялась за работу, ставя различные тяжелые папки на свои места. Почему, не живя здесь, мужчина имеет такое огромное количество документов? Неужели перевез за несколько дней до приезда Евы в квартиру? Возможно, но маловероятно. Папки были слишком массивными, заставляя каждый раз девушку кряхтеть от натуги, тем самым отвлекая Хибари от работы. Серые глаза впились в девичий профиль, изучая. Маленькая ладонь держала несколько папок, слегка покачиваясь, когда другая протирала пыль. Невысокий рост, из-за этого, чтобы достать до верхней полки, приходилось вставать на носочки. Лицо Евы напряженное, кожа бледная непривычно посверкивала на солнце, а голубые глаза, словно часы, метались из одного угла в угол, не желая смотреть в одну точку. Маленькая, хрупкая, даже слишком. Такое ощущение, что вот сейчас, она все-таки споткнется, упадет и разобьется, не в силах спастись от неминуемой гибели. Ее поведение Хибари забавляло, заставляло каждый раз усмехаться, наблюдать, не спускать с нее глаз. Но это было не интереса ради. Кёя встречал разных по натуре и характеру людей, которые, в основном, шарахались от него, как от чего-то слишком страшного, но на удивление, мужчину это устраивало - если бы он не вызывал страха у окружающих, то об уединении пришлось бы забыть. Но эта девчонка... Она боялась, но пыталась это скрыть, хоть у нее это получалось из рук вон плохо. Отложив в сторону бумаги, рука подцепила двумя пальцами лежащий на столе галстук. Необходимо привести себя в порядок. Хватить позволять себе слабости. Хибари тихо встал из-за стола, надев черный пиджак. Пальцы быстро, почти на автомате, вдели пуговицы в петли, серые глаза посмотрели в окно, где яркое солнце освещало дома Палермо. Асфальтированные дороги, по которым вовсю ездили автомобили, наглые и громкие прохожие шли по своим делам, иногда останавливаясь около витрин магазинов, чтобы поглазеть на еду, одежду или же на дорогой антиквариат. Девичий вскрик заставил обернуться и сорваться с места, широкими шагами преодолевая расстояние. Большое количество папок, наверняка превышавшее вес самой девушки, заставило накрениться и корпусом податься назад, падая. Глаза округлились от испуга, а рот приоткрылся в немом крике. Хибари подхватил испуганную Еву, поддерживая одной рукой ее слабое тело, а другой отбирая тяжелые папки. Голубые девичьи омуты встретились со стальными серыми, утонув в их глубине. Неуклюжая слабая девчонка. - От тебя одни проблемы. - вынес вердикт мужчина, поджав губы в раздражении. Девушка снова отвернулась, смутившись и виновато потупив взгляд. Она хотела уйти. Немедленно, сейчас же, снова запереться в своей комнате, как совсем недавно, проплакав в подушку, но сильная рука удерживала, не давала пошевелиться, вырваться. Это была ловушка, из которой невозможно было выбраться без позволения Кёи. Ева тяжело вздохнула, прикрыв глаза, чтобы привести все свои мысли в порядок. Дыхание мужчины опаляло затылок, а серые глаза так и смотрели на девушку, опасно сощурившись. Неужели это никогда не закончится? Брюнет в один момент отступил на несколько шагов, ставя большую стопку папок на самую верхнюю полку. Облегченный девичий выдох не остался незамеченным, заставляя Хибари хмыкнуть и отвернуться. - К моему приходу все должно блестеть от чистоты. - холодный голос порезал острым лезвием эту тишину, заставляя вздрогнуть. Браун боялась даже обернуться на голос, чтобы не встретится с холодным взглядом. Нет, нельзя! Но Ева, в который раз не слушая свой внутренний голос, все-таки обернулась. Хотелось сказать простое «Простите», но прямо сейчас девушка почувствовала себя немой и совершенно беспомощной. - И в спальне тоже. И он ушел, снова оставляя Еву наедине со своими мыслями. Голубые глаза в шоке уставились на удаляющуюся фигуру в коридоре, которая исчезла за углом, оставляя после себя горечь в душе, а также еле уловимую ниточку парфюма.