пальцами. Силы мужчины были уже на исходе. Он потерял много крови и сейчас медленно погружался во тьму, молча терпя боль. Девушка попыталась сделать ему укол, но Кёя выхватил у нее шприц и швырнул его в стену, тем самым давая понять, что ему это явно не понадобится. Придется подчиниться ему. Снова. Ева доставала пули медленно, умело работая пинцетом. Благо, инородный предмет впился в плоть не глубоко. Из раны сочилась алая кровь, заставляя девушку каждый раз вытирать тоненькую дорожку с руки, чтобы не запачкать мебель. Кёя стиснул зубы, замерев в ожидании, позволяя касаться себя. Иногда девушка непроизвольно гладила его по здоровому плечу, тем самым успокаивая, выводя мужчину из равновесия. Ощущая каждое прикосновение, мужчина округлял свои серые глаза, не в силах отвести взгляда от напряженного женского лица. Что его заставило подчиниться этой девчонке? Почему прямо сейчас он лежал перед ней такой слабый, не имея возможности пошевелиться из-за элементарной усталости? Раньше с ним определенно такого не случалось, но ведь все когда-то бывает впервые, побуждая брюнета каждый раз, ощущая боль в плече, скрипеть зубами. Первая пуля со звоном приземлилась на стекло журнального стола, привлекая к себе внимание. На бледном лице Евы красовалось самое настоящее облегчение. Но это было еще не все... Теперь работа пошла намного быстрее. Девушка мгновенно расправилась со второй пулей, отложив ее туда же, где лежала первая. Руки взяли чистое белое полотенце и окунули его в тазик с теплой водой, намочив ткань, чтобы потом коснуться ран, стирая запекшуюся кровь. Эта ужасная процедура длилась, по мнению Евы, целую вечность, но она не бросала это изнурительное занятие, а засучив рукава, продолжала обрабатывать мужчине раны. Хибари сидел неподвижно, прикрыв глаза. По его бледному лицу было видно, что он ужасно устал и потерял много крови. Дыхание теперь было ровным, не рваным, успокаивая девушку, заставляя ее улыбнуться. Зашив глубокие раны и перевязав их, Браун принялась за лицо, на котором красовались небольшие порезы. У нее перехватило дыхание от переполнявших эмоций. Она сидела, возвышаясь над брюнетом, словно это Ева была сильной и опасной для окружающих, а не Хибари Кёя, и смотрела на него. Взгляд голубых глаз был изучающим, добрым и слегка наивным, заставляя их обладательницу сглотнуть противный ком в горле. Пальцы коснулись бледной щеки, будто боясь уколоться об острую иглу. Кожа теплая, приятная на ощупь, гладкая... Ева аккуратно, чтобы не потревожить хранителя облака, протерла полотенцем взмокший мужской лоб, а затем принялась стирать кровь с ран в области скул. Кёя не шевелился, будто его тело потеряло возможность двигаться. Иногда девушке становилось страшно, но чувствуя размеренное дыхание на своей коже рук, тут же успокаивалась и снова принималась за дело. Когда же работа была закончена, а укрытый пледом Хибари мирно спал на диване, Браун с облегчением вздохнула, но потом тут же схватилась за голову, неожиданно вспомнив, что все время поездки бедный ее кот Люцифер томился в сумке-переноске на заднем сидении автомобиля. Господи! Девушка тут же сорвалась с места и поспешила на улицу, где на небольшом клочке асфальта была припаркована машина. «Благо дверь автомобиля была не заперта», - выдохнула Ева, вытаскивая из сумки раздраженного кота, который, следом же, наказывая свою непутевую хозяйку, прошелся острыми когтями по девичьему плечу, оставляя на коже четыре кровоточащие полосы. Не обратив на громкие кошачьи возгласы своего злого питомца, девушка понесла его и чемодан с вещами в дом. Проснулась Браун в большом кресле с просто умопомрачительной головной болью. Вдобавок к этому, Ева отлежала себе руку и даже не переоделась в другую одежду. Размытые воспоминания о том, как она оказалась в таком состоянии, тоже не прибавили особой радости: девушка слишком устала после того, как оттирала кровь во избежание ее совсем нежелательного обнаружения добродушными и приветливыми соседями, которые наверняка изъявят желание наведаться к ним в гости, и потом просто рухнула на первый попавшийся мягкий предмет мебели. Из глубины дома доносился шум воды. Голубые глаза сразу же остановили свой взгляд на пустом диване. «Он смог встать?», - пронеслась первая мысль в голове у Евы, но потом она поняла, что такой человек, как Хибари Кёя ни за что больше не покажет ей своей слабости. Тем более, вчера он ясно дал понять, что помощь девушки для него была унизительной. Наверняка, после всего произошедшего, он просто напросто не захочет ее видеть. Ева не помнила, чтобы она укрывалась пледом - в гостиной было слишком жарко и душно, поэтому девушка тут же откинула его от себя и аккуратно сложила, медленно потянувшись и тут же сморщившись от сильной пульсации в висках. Маленькими шагами Браун подошла к окну, тут же открыв его нараспашку, вдыхая свежий воздух. Пусть ветер развеет все, что произошло вчера. Ева уж точно не хотела больше недосказанности, непонятных взглядов - слишком устала... Также хотела всем сердцем, чтобы хранитель облака все забыл. Из окна была видна территория сада, украшенная маленькими кустарниками, фонтанами и цветами. Легкий ветерок заставлял зеленую листву колыхаться из стороны в сторону и шелестеть, будто создавая собственную музыку природы. Браун закрыла глаза, ненадолго поддавшись этому порыву непонятной одухотворенности, внимательно вслушиваясь в пение птиц, но слишком скоро вернулась к реальности. Семья Серпенте, напавшая вчера, наверняка сможет снова выследить их в этой деревне. И, конечно, пересмотрев Кёю и Еву в качестве противника, пришлют побольше народу. Слабо верилось, что добро победит, если не приложить никаких усилий... Может, высокий забор и смог бы удержать профессиональных убийц, но вряд ли надолго. Браун тяжело вздохнула. - Так и будешь здесь стоять? - знакомый строгий голос заставил девушку резко обернуться. Опять она не услышала, как Хибари появился в комнате - слишком уж неслышно он всегда двигался. Мужчина стоял у дивана, вытирая темные волосы махровым полотенцем, довольно причудливо их при этом лохматя. Не до конца застегнутая рубашка открывала вид на тонкие ключицы и на маленький клочок белых бинтов, которые тщательно скрывали обработанные пулевые ранения. Ева, поздно опомнившись, снова посмотрела на Кёю, заставив его сразу же поймать ее взгляд, с выразительным ожиданием вскинув брови, и девушка поспешила отвернуться, чтобы запоздало исполнить его просьбу. Заодно и спрятала вновь возникшую почему-то улыбку - кажется, их отношения все-таки остались прежними... Однако молчание, воцарившееся в комнате, едва Ева повернулась обратно лицом к окну, все равно было слишком неоднозначным, так что она поспешила ретироваться в ванну. В конце концов, душ был девушке просто необходим. Нежась под струями теплой воды и чувствуя, что, наконец, окончательно проснулась, Браун обдумывала планы на сегодняшний день. Чем же заняться сегодня? Наверняка, Хибари примется за какие-то свои дела и на разговор настроен явно не будет. Ева хотела прогуляться по саду, встретиться с Вандой, чтобы немного отвлечься от своих мыслей, погрузиться в типичную уютную соседскую обстановку. Закутавшись в длинный халат, девушка вышла и скоро оказалась перед уже окончательно одевшимся хранителем облака Вонголы. Он сидел на диване, с задумчивым видом крутя в руках какие-то два блестящих предмета. Ева пригляделась и сразу же неприязненно поморщилась - это были пули, которые она вытащила из него вчера. Значит, все-таки он так просто это не оставит... Настроение сразу упало, и Браун нахмурилась, ожидая самого худшего. Но, вместо того, чтобы что-то сказать, брюнет как-то странно хмыкнул, встал с дивана и вышел из гостиной, оставив девушку одну со своими мыслями. По спине бежали мурашки от страха... Незаметно летели дни, когда Ева с головой погрузилась в обычную тихую жизнь в маленькой деревушке, полной очень гостеприимных и добрых людей, улыбаясь каждому при встрече, иногда протягивая фрукты с рынка, угощая маленьких детей. Девушке нравилось жить здесь. Людская приветливость была для нее явно в новинку, потому что в Лондоне такого уж точно не встретишь... Все обычно куда-то спешат, толкаются, иногда тактично говорят о невежливости и эгоизме других, хотя сами поступают не лучше. Браун уже давно призналась себе, что ей будет тяжело отсюда уезжать. Исследовав весь дом от чулана до чердака, девушка поняла, что вот оно - жилище, где бы она прожила всю свою жизнь. Даже Люциферу дом пришелся по вкусу. Каждый день он залезал в свое любимое мягкое кресло и валялся там часами, мурча себе под нос и прикрывая глаза от неги. Несносный кот... Каждое свое утро Ева начинала с прогулки по саду, в основном засматриваясь на цветы. Она будто переживала знакомство с местностью каждый день, не забывая потрогать прохладную воду в фонтане, вдохнуть носом приятный запах влаги и свежевыпеченных булочек из соседней пекарни. Хибари на девичьи пристрастия реагировал с присущим ему скептицизмом, никогда не забывая фыркать и хмуриться. Этот человек никогда не отпускал Браун одну, предпочитая ходить с ней всегда рядом, смотря по сторонам недружелюбно, хмуро, из-за чего все прохожие сторонились его, не желая встречаться с ним глазами. Девушка же привыкл