Chapter XIII.
«Большинство людей намного сильнее, чем они думают, они просто забывают иногда в это верить» Холм одного дерева (One Tree Hill)
Хибари остановился, буравя взглядом своего противника, который уже успел выбраться из иголочной сферы. Не думал Кёя, что Витторе Серпенте сможет освободиться так скоро... Но вместо того, чтобы огорчаться, внутри у мужчины зародился настоящий азарт. Да. Наконец-то битва обещает быть интересной. Наверняка серые глаза Хибари загорелись странным огнем, из-за чего босс семьи Серпенте презрительно хмыкнул и смачно выругался себе под нос, осознавая, что прямо сейчас его правая рука дерется с опасным человеком, который запросто сможет свести с ума своими многочисленными трюками - иллюзионистом Вонголы, жена совершенно обездвижена, поэтому пользу она никакую не принесет, а напротив него, в нескольких метрах, стоит самый сильный хранитель Савады Тсунаеши, Хибари Кёя, который не сводил с него своего убийственного взгляда. Хранитель облака ждал, когда Витторе сделает первый шаг, даст какой-то повод, чтобы темноволосый тут же достал тонфа и выпустил свое пламя. Презрение. Это чувство было особенным для Кёи. Презрение испытывал мужчина постоянно: каждый день, каждый час, каждую минуту, которые превращались в одну лишь вечность, становились чем-то незримым, неукротимым, единственным, что еще как-то уравновешивало его темные желания, о которых рассуждать явно не хотелось. Хибари не был никогда милосерден к врагам, предпочитая затаптывать их глубоко в грязь, сравнивать в беспомощными животными, которые паслись на пастбище, как жалкое стадо, чтобы насытиться луговой травой. Презрение. Это чувство брюнет испытывал и сейчас, стоя в этом большом зале, напряженная атмосфера которого накалялась с каждой секундой. - Тебе так нравится сражаться? - Серпенте нахмурился, прижимая к себе тело Джиселлы, словно прикрываясь ею от прожигающего насквозь взгляда напротив. Хибари лишь на это хмыкнул, сощурившись, изучая своего оппонента. Серые глаза впились своим убийственным взглядом в темные омуты, явно анализируя, выискивая какой-то подвох в странной уверенности Витторе. Его лицо, искаженное гневом, сейчас было похоже на гримасу какого-то злобного старика, которому не пожертвовали монету на чашку горячего чая в промозглую погоду. - Тебе доставляет удовольствие убивать людей? - Хм, а тебе? - умело парировал Хибари, поправив галстук. Жесты Демона Вонголы были расслабленными, совсем ненавязчивыми, будто вовсе и не было в его планах устраивать кровавый поединок, когда внутри все так и клокотало от гнева и острого желания поскорее покончить со всеми надоевшими делами. Кёя устал. Настолько сильно, что он готов был тут же наброситься на Серпенте, намереваясь разорвать его тело в клочья. Почему он здесь? Что заставило его прийти сюда, вырвать из лап врага беспомощную и слабую девчонку, а сейчас стоять напротив Витторе, ожидая, когда же этот человек подумает об атаке? Долг, черт возьми. Самый обыкновенный долг Саваде, который лег тяжелым грузом ему на широкие плечи, доставляя столько проблем и ни грамма удовольствия. Хотелось бросить все и уехать по своим делам. Желательно, в Японию. В родной Намимори, чтобы окунуться в атмосферу спокойствия и тишины. - Твоя самоуверенность не знает границ, а наглость, желание подраться и холодность портят в тебе хорошего противника. Скоро Вонгола падет, а ты погибнешь вместе с остальными, как крыса, - гаркнул в ответ Витторе, опуская свою жену на пол рядом с собой. - Наверняка уже мои люди победили Саваду Тсунаеши и теперь убивают остальных. Этот идиот раздражает. Так и хочется заткнуть его навсегда, чтобы больше с его уст не срывались такие громкие слова. Хибари слушал слова врага без какого-либо интереса, а желание поскорее разделаться с этим травоядным становилось все сильнее, отравляя разум, но его безучастное выражение лица не выдавало никаких эмоций, пряча все самое сокровенное глубоко внутри. Руки сами по себе сжались в кулаки, готовясь уже напасть на своего ненавистного противника, но что-то их все-таки останавливало... Что-то неизведанное, не понимаемое Хибари, что заставляло задыхаться от возмущения, держась на расстоянии, ожидая, когда же в зале снова наступит тишина, чтобы тихо засмеяться. Смех не был искренним, но и наигранным его назвать было трудно. Голос был слишком низким, глаза, с присущим своим прищуром, продолжали неотрывно следить за Витторе, а губы изогнулись в легкой улыбке. Враг в ответ лишь скривился, словно он пригубил дешевого красного вина, привкус которого горчил на языке, словно какая-нибудь приправа. - Дурак, - с улыбкой проговорил тихо Хибари, сделав шаг вперед и тут же исчезнув, будто его и не было совсем здесь. Витторе напрягся, пытаясь найти глазами хранителя облака. Ничего. Не было совершенно ничего подозрительного и странного. Демон Вонголы словно испарился, исчез из виду. Но когда черные глаза встретились с холодными серыми, было уже слишком поздно - Кёя схватил мужчину за горло, вдавив его в ближайшую стену. Волосы Витторе теперь не были аккуратно уложены: несколько прядей выбивались, торчали, непослушно ложась на покрывшейся испариной лоб. Казалось, что сейчас под ним стена просто напросто треснет - боль в спине была невыносимой, а шею продолжали сдавливать с такой силой, что перед глазами замаячили пульсирующие черные точки, которые крутились против часовой стрелки, а потом и вовсе исчезали на миг, появляясь так нежданно, словно рой пчел. Витторе захрипел, стараясь вдохнуть побольше воздуха, но цепкие пальцы самоуверенного Хибари Кёи сжимали крепко. - Опрометчиво думать, что Вонгола слаба. Ее нельзя победить грубой силой. Серые глаза уловили какое-то движение, которое заставило насторожиться и отскочить от Серпенте быстро, почти мгновенно, освобождая противника из своих тисков на определенное время. Ничего, Кёя воспользуется форой. Витторе, хрипло засмеявшись, достал пистолет, наставив дуло на хранителя облака. - Неужели? - осклабился он, показывая свои ровные зубы. Хибари нисколько не удивился тому, что мужчина все-таки соизволил достать свое оружие, при этом используя не самые правильные методы. - С каких это пор ты подчиняешься Саваде? Мне казалось, что ты выше этого. - Хм, я не обязан обсуждать с тобой мои истинные мотивы, но могу лишь сказать одно, - хмыкнул в ответ Кёя, доставая тонфа, приготовившись к весьма занимательной схватке. - Я забью тебя до смерти. После этих слов раздался выстрел, разрезавший тишину зала, словно лезвие. Эхо раздалось по всей комнате, на несколько секунд оглушив, но Хибари оставался спокойным, расположив руки у своего лица, отразив пулю. Витторе присвистнул, поражаясь такой молниеносной реакцией. Как и ожидалось от хранителя облака Вонголы. Несмотря на свое излишнее высокомерие, он был явной находкой для любителя подраться. Кёя двинулся вправо, а затем достал свою коробочку. Пламя облака пульсировало маленьким свечением из кольца с большим фиолетовым камнем. Кольцо Вонголы - это единственное, что связывает хранителя облака с мафией. Несмотря на все свое нежелание участвовать в жизни семьи, принадлежать к ней, Хибари мог извлечь свою выгоду, при этом оставаясь всегда в стороне. Да, это его суть - быть на расстоянии, но при этом защищать Вонголу. Оружие из коробочки обрушило на Витторе большое количество пламени посмертной воли, заставив его защититься своеобразным щитом из своего, оранжевого, мягкого и светлого. Но если оно и выглядело добрым, настоящую сущность Серпенте никто не отменял. Кёя наблюдал, как фиолетовое свечение сливается с другим, создавая тряску и напряжение в воздухе. - И это все? Неужели Хибари Кёя настолько сильно ослаб, защищая обычную девушку? - хохотнул босс семьи Серпенте, выстрелив шквалом пламени неба прямо в хранителя облака, заставляя его тут же ловко увернуться. - Ты потерял сноровку. Эта хорошенькая англичанка постаралась? - Я не обязан это обсуждать с тобой, - проговорил брюнет, слишком близко приблизившись к врагу, чтобы затем нанести ему удар, который сразу же был отражен. Другая свободная рука тоже замахнулась, только на этот раз амплитуда движения была намного выше, чем у предыдущего удара. Витторе почувствовал сильную боль в районе ребер. Наверняка несколько из них теперь сломаны. Тело отбросило назад, словно от сильнейшей волны взрыва, а пистолет выскользнул из рук, приземлившись на пол с металлическим звоном. Серпенте скрипнул зубами, поднимаясь с пола. Черные глаза наполнились злобой, а на лице стояла гримаса боли и ненависти по отношению к противнику. Хибари же продолжал стоять с безучастным видом. Он потерял интерес к битве. Почему? Это травоядное не смогло разз