еще один поворот. Еще, еще и еще. Она не знала, сколько времени они уже шли, будто по лабиринту. Иногда Еве начинало казаться, что Киоко специально испытывает ее, проводит какое-то испытание, но потом все эти мысли улетали прочь как только хозяйка особняка поворачивалась к ней и искренне улыбалась. Ее глаза сверкали неподдельным счастьем, но все-таки было в них, помимо радости, что-то еще: слишком тусклое и печальное, заставляя каждый раз сердце Браун сжиматься от неизвестности. - Ну вот мы и пришли, - проговорила с нотками предвкушения чего-то поистине прекрасного сестра хранителя солнца, останавливаясь напротив ничем непримечательной грязно-белой двери. По многочисленным трещинам и царапинам на ней было понятно, что наверняка комнаты будут неухоженными: обшарпанные бетонные стены, грязный пол, полное отсутствие мебели... Но Еве обустраивание своего нового жилища не было в тягость. Наоборот, хотелось отвлечься от своих дурных мыслей, чтобы заняться хоть чем-то помимо представления образа желанного мужчины. Боже! Лицо Хибари Кёи тут же предстало перед глазами, будто прямо сейчас он находился совсем рядом, стоял вплотную, смотря на Еву своими глазами. Но этот взгляд не выражал обыденную холодность. Наоборот, он был обжигающе горячим, совсем пристальным, буквально выворачивающим наизнанку, выражая таким образом свою заинтересованность. Что за странные иллюзии так нагло лезут в голову? Пальцы сами начали массировать виски, пытаясь унять ударившую из неоткуда головную боль. Но назойливый образ не хотел уходить. Он словно призрак цеплялся за девичье желание, становился самым настоящим ночным кошмаром, который не переставал преследовать ни на минуту. Когда это закончится, перестанет существовать? Неужели никогда? Одна часть Евы хотела, чтобы хранитель облака Вонголы исчез из ее жизни, перестал быть, как одним единым наваждением, а другая половина страстно желала подчинения, страсти, еще большего внимания со стороны мужчины, чтобы его серые, а в гневе черные, глаза смотрели только на нее, на ее изгибы фигуры, педантично изучали каждый миллиметр ее тела, а губы целовали с упоительной горячностью и жестокостью. Господи! Уйдите мысли, уйди проклятое наваждение, убирайся надоедливое желание и приди долгожданное спокойствие! Киоко открыла дверь, давая новоиспеченной хозяйке комнат переступить порог и замереть на месте, рассматривая открывшееся ее глазам пространство. Никогда Ева не думала, что одна лишь комната может быть настолько большой. Обычно, девушке апартаменты такого размера могли только снится в счастливых снах, но теперь она будто стала главной героиней этого забвения. Как и ожидалось, в помещении не было ничего, кроме бетона, окна и проникающего через его прозрачное стекло солнечного света. В голове начали появляться образы, как бы Ева хотела видеть эту комнату. Что это будет: спальня или ее личный кабинет? Нет, пусть лучше кабинет. Браун представила, как комната начинает меняться прямо у нее на глазах, как стены становятся покрашенными в небесно-голубой цвет, как потолок становится глянцевым с множеством точечных светильников холодного света, как в комнате появляется операционный стол, небольшой столик с записями, шкафы с лекарствами, оборудованием и одеждой, лампы для кварцевания, передвижной столик с инструментами, небольшой уголок для осмотра пациентов, раковина... Голубые глаза загорелись светлым предвкушением, что не осталось незамеченным Киоко. - Я рада, что Вам нравится такое большое пространство. Но Вы еще не видели свою будущую комнату, - с улыбкой, совсем тихо сказала шатенка, направляясь к другому проходу, который показался Еве чересчур широким. Будущая спальня была немного побольше, чем кабинет. Голубые глаза изучили расположение окна, потом перешли на стены и потолок, думая, что же с ними можно будет сделать. Хотелось придумать что-то необычное, интересное, что будет связано с природой и сделано своими руками. Ева любила импровизировать, создавать что-то свое, используя навыки рисования. Да, именно так она и поступит! - Уже придумали интерьер? - Да! Думаю, я знаю, чем мне предстоит заняться в ближайшее время, - удовлетворенно проговорила в ответ девушка, широко улыбнувшись. Настроение переместилось на несколько отметок вверх, а это значит, что ей предстоит хорошее времяпровождение за интересным ей занятием. Но неожиданная догадка заставила ее встрепенуться, - Но у меня нет денег, чтобы закупить нужное оборудование, материалы, мебель! О Боже! - Не нужно так волноваться, Ева-сан! Тсу-кун прекрасно знал, что Вы сразу же вспомните о финансах, поэтому попросил передать, что это подарок от Вонголы, как новому члену семьи. - слишком мягко, будто успокаивая, проговорила Киоко, поглаживая Браун по плечу. - Но я не смогу принять столь щедрый подарок. Я уже столько месяцев живу за счет других, что уже просто не могу Вам всем смотреть в глаза. Мне ужасно стыдно. - Вам нечего стыдиться. Вонгола - это больше, чем организация, пусть и мафиозная. Это большая семья, где все ее члены взаимодействуют друг с другом, пусть и необычно, но это так. Каждый связан с Тсу-куном, а его хранители между собой. Пусть у них и бывают какие-то недомолвки или разногласия, но они всегда остаются вместе, помогают друг другу. Мы все очень рады, что Вы здесь, с нами, Ева-сан. Эта откровенность выбила Браун из колеи. Она не знала, что сказать, как выразить свою признательность, а язык словно онемел от неожиданности. Тело само подалось навстречу девушке, которая приняла ее, всегда была вежливой и милой со всеми. Ева обняла Киоко, уткнувшись носом в ее хрупкое плечико, таким образом говоря, как же она рада это слышать. - Спасибо... - пробормотала она, не в силах что-либо еще сказать. Да и слова были лишними сейчас. Руки Киоко обняли в ответ, принимая эту благодарность с присущей своей добротой и улыбкой.