кие дорогие камушки. Хотя бы примерить, но не купить, чтобы на минутку почувствовать себя богатой и влиятельной дамой с большой пачкой денег в сумке, но с небольшим кольтом, спрятанным под юбкой. Нет. Девушка встрепенулась, прогоняя прочь назойливые мечты, которые мешали настроиться на предстоящий выход в свет. Савада Киоко проявила себя, как самая настоящая хозяйка особняка, организовав все по-высшему разряду. Все оставшиеся три дня шатенка была сама не своя: слишком сосредоточена, слишком серьезна, но в то же время никогда не повышала голоса на своих подчиненных, а объясняла все спокойно, дружелюбным тоном. Если у кого-то что-то не получалось, то Киоко любезно предлагала свою помощь, стараясь каждому улыбнуться и поддержать. Ева поняла, что Саваде Тсунаеши очень повезло с супругой: она действительно станет хорошей матерью и будет заботиться о своем ребенке. Шатенка никогда не отчаивалась, всегда шла только вперед с высоко поднятой головой, не теряя при этом себя и свою гордость. Поистине смелая, целеустремленная и трудолюбивая женщина, которой всегда будут помогать и которую всегда будут любить всем сердцем. Браун замечала, как иногда Рёхей позволял себе размякнуть, с гордостью и теплотой в глазах наблюдая за своей любимой сестрой. Тогда он признался, что счастлив и рад, что Киоко выбрала именно Саваду. Ева поняла, что Тсунаеши всегда старался помочь своей жене, предлагал свои идеи, а она с удовольствием кивала ему, широко улыбаясь. Эта пара была по-настоящему необычной, счастливой и они разделяли каждое мгновение друг с другом. Иногда Браун, идя мимо гостиной, видела, как любящая пара стояла около широкого окна, прижавшись к друг другу, и больше не смели нарушать эту идиллию разговорами. Да, они были лишними, так как супруги могли понять друг друга лишь по одним прикосновениям и поцелуям. Ева призналась, что она хотела для себя именно такую любовь: нежную, настоящую, счастливую и прекрасную. Руки потянулись к талии, приглаживая приятное на ощупь воздушное белое кружево. Губы сами изогнулись в мягкой мечтательной улыбке, а голубые глаза блеснули лихорадочным блеском предвкушения уже начавшегося торжества. Алесса ушла, оставив ее одну со своими мыслями. Да, так будет правильно. Она должна выйти в зал, чтобы окунуться в атмосферу этого волшебного вечера. Наверняка на нем она познакомится с кем-нибудь, пообщается, узнает для себя что-то новое. С такими мыслями Ева вышла из своей комнаты, идя прямиком ко входу в зал. Хотелось скорее взглянуть на всех гостей, с кем-то поговорить, узнать впечатления о вечере и потанцевать... Девушка глубоко вздохнула и немного с опаской переступила порог, видя перед собой лестницу. Голубым глазам предстал шикарный вид на огромное пространство с большим количеством людей. Каждый подходил к какой-то группе, почтительно здоровался и поддерживал ничем не примечательную тему разговора, которая, по его мнению была интересна. Среди многочисленных гостей присутствовали и знакомые. Тсунаеши и Киоко стояли в центре зала, улыбаясь каждому, кто кивал им в знак приветствия. Савада, одетый в черный костюм, вел себя, как подобает боссу Вонголы - сдержанно, при этом не теряя бдительности, а его жена буквально сверкала в зале, словно звезда на небе: бежевый лиф платья аккуратно переходил в черную юбку, облегающую бедра. Карие глаза девушки сверкали интересом, наблюдая за здоровающимися гостями, оценивая их внешний вид и поведение. Неподалеку стояли Такеши и Хаято, о чем-то разговаривая. В основном, хранитель урагана пытался что-то доказать своему подопечному, но на его рьяные попытки Ямамото реагировал лишь широкой улыбкой. Сердце Евы одолело волнение. Она начала осторожно спускаться по лестнице, поддерживая рукой свою длинную юбку, чтобы случайно не наступить на нее и не упасть. Некоторые люди с интересом смотрели на нее, наблюдая за ее движениями, некоторые дамы между собой, наверняка, начали обсуждать ее внешний вид, заставляя Браун ни на шутку испугаться. Голубые глаза пытались зацепиться взглядом хоть за кого-то, кто бы смог ее успокоить, и они нашли его... Хибари Кёя стоял, облокотившись о стену, смотря на нее так, что по коже у девушки побежали мурашки. Мужчина смотрел на нее темными глазами, будто гипнотизируя, подзывая к себе взглядом, а Ева шла к нему, словно порабощенная, спускалась с лестницы, а волнение постепенно начинало утихать и наступало спокойствие. Киоко и Тсунаеши приветливо помахали ей руками, таким образом приветствуя, а Ева продолжала идти, словно завороженная, держась одной рукой за перила. Хару тоже приветливо улыбнулась Браун, заставляя ту улыбнуться в ответ и закусить губу от напряжения во всем теле, но оно отступило тут же, когда нога коснулась пола. Девушка, отпустив длинную юбку, поспешила прямиком к Тсунаеши и Киоко, ощущая на себе пронизывающий насквозь взгляд хранителя облака Вонголы. Ева слышала, что многие говорят именно о ней, спрашивая у друг друга, кто она и откуда, и, не находя ответа, лишь наблюдали. Браун оставалось сделать всего несколько шагов, как кто-то грубо толкнул ее в сторону, заставляя пошатнуться. - С дороги, - грубо прохрипел чей-то незнакомый голос, а Ева лишь недоуменно воззрилась на проходящего мимо нее мужчину. Багровые глаза одарили ее убийственным взглядом, который ничем не уступал по тяжести Хибари Кёе. Бронзовая кожа, которая была обезображена странными шрамами, нос с горбинкой, пухлые губы слегка поджаты, темные волосы спадали на глаза, делая его взгляд еще более устрашающим, рубашка на выпуск, темные брюки, заправленные в высокие сапоги, и темный плащ создавал образ жестокого и одинокого человека. Да, она узнала его. Этот мужчина присутствовал на свадьбе Савады Тсунаеши, только Ева не могла вспомнить его имени, но взгляд багровых глаз заставлял сжаться от страха. Широкая рука схватила девушку за запястье, резко потянув на себя, не давая Браун свалиться на пол от неожиданности. - Врой! Чертов босс! - пронеслось совсем рядом, побуждая бедную девушку зажмуриться от слишком громкого хриплого голоса. - Какого хрена ты повесил на меня тех полоумных ублюдков? Да нахрен мне это! - Заткнись, тупой мусор. Раздражаешь, - прохрипел в ответ темноволосый, все еще сжимая в своей сильной руке тонкое девичье запястье. Ева держалась, чтобы не вскрикнуть, но страдающая конечность жалобно хрустнула, заставляя писк сорваться с уст. Девушка поняла, что сейчас ей придется, в буквальном смысле слова, драться за свою, отобранную этим мужчиной, свободу, чтобы высвободить свою руку из его стальной и жестокой хватки. Ева пыталась вырваться, но потом поняла, насколько она слаба и уязвима. Как уже стало ясно, босс Варии, держал ее крепко и явно не хотел отпускать. Пока. Только вот Браун стало интересно, что он хочет с ней сделать, смотря таким взглядом, что незамедлительно к горлу подкатила удушающая тошнота. Ее испуганные голубые глаза смотрели на его лицо, видели, как губы искривляются в какой-то странной улыбке, а глаза горят неистовым огнем. - Прошу, отпустите, - проговорила девушка, задыхаясь от волнения. По телу прошел странный холодок, который заставлял замирать на месте. Страх. Ева боялась, что этот человек просто убьет ее, не прибегая ни к какой силе, и уж тем более к коробочке. Красные глаза изучали, рассматривали, но в то же время готовы были испепелить одним лишь своим взглядом. - Бел-семпай, - протянули слишком скучающим голосом, давая присутствующим понять, что их обладатель нисколько не заинтересован в самом вечере. - А когда вы уже себе девушку найдете? Я бы с удовольствием посмотрел, как из-за нее у Вас начинает раскалываться голова, как у меня сейчас. - Ши-ши, не забывай, что я всегда могу избавить тебя от страданий, - слишком довольный тон говорившего, а затем из ниоткуда появившееся его лицо с широченной улыбкой заставили Браун еще больше напугаться. Светлые волосы парня скрывали его глаза, а острые стилеты угрожали юноше с большой шапкой в виде головы лягушки. Неужели они все сейчас убьют ее? - Отпусти девушку, Занзас, - проговорил Тсунаеши, встав рядом с бедной Евой. Воцарилось молчание, которое давило на уши, создавая какой-то странный писк. Браун попыталась расслабиться, чтобы боль не ощущалась острее от сопротивления. Савада смотрел на босса Варии жестко, требовательно, в карих глазах зародилось что-то непонятное, страшное и пугающее, из-за чего Браун инстинктивно сглотнула. Темноволосый мужчина, словно увидел своего самого злейшего и заклятого врага, нахмурился, а его красные глаза потемнели, сделались бордовыми, страшными, заставляя девушку и без того ужаснуться. Поистине, мафия - это страшный мир, где каждый человек, погрязший в этом, был готов на убийство и крайнюю жестокость. И Ева, на удивление, стала частью этого жестокого мира, не имея возможности, элементарно, защититься и постоять за себя. Она ожидала, что прямо сейчас ее то ли съедят (а то вдруг и такое в мире мафии бывает), то ли убьют, порвав на куски, как ненужную и бесполезную тряпку, но Занзас разжал свою хватку, заставляя Браун любовно потереть свое поврежденное запястье. «Спокойно, Ева, ничего такого не случилось. Всего лишь чуть не вывихнули руку, но ведь это не смертельно. Некоторые вон вообще убить хотят уже несколько месяцев, например Серпенте...», - мысленно успокаивала себя девуш