о двадцати семи лет, с длинными волосами и светлыми глазами, которые не были лишены цепкости. Эта девушка показалась Еве на вид очень привлекательной и понимающей. По крайней мере, своего недовольства при виде новой персоны в столовой молодая итальянка выказывать не стала, а это очень радовало. Она, наоборот, даже приветливо улыбнулась, показывая свою доброжелательность новым гостям. Все же было в ней что-то такое... Изюминка что ли? Третьим на очереди «вечерних знакомств» оказался Фуута де ла Стелла, которым являлся вежливый и миловидный молодой человек, сразу же понравившийся Еве. На вид парню было лет девятнадцать; высокого роста, светлые пряди волос спадали на лоб, немного даже закрывая светлый и добрый взгляд, который лучился добротой, а губы изогнуты в очень даже милой улыбке. Молодой человек оказался приятным собеседником, а, самое главное, не стал расспрашивать у Браун о том, как она познакомилась с Савадой Тсунаеши... - Тупая корова, где тебя носило все это время? - разговор Фууты и Евы прервал серьезный и громкий голос Хаято, который, по всей видимости, был весьма недоволен поведением недавно вошедшего еще одного молодого брюнета, оглядевшего всех присутствующих каким-то сонным взглядом, не показывая никакого интереса к своим друзьям. - Гокудера-кун, я думаю, что не стоит так ругать Ламбо, - попытался успокоить своего друга Савада, сделав примирительный жест руками. Реакция недавно вошедшего не заставила себя долго ждать: молодой человек издал облегченное «фух» и уже собирался сесть за стол, как грозный взгляд Тсунаеши заставил его словно приклеиться к одному месту, затаив дыхание. - Ну и что ты скажешь в свое оправдание, Ламбо? Почему-то Еве захотелось уйти. Просто встать из-за стола, скрипя стулом, развернуться и уйти, чтобы побыть в одиночестве. Девушка не привыкла быть в таких шумных сборищах, предпочитая уединение и покой, чтобы сесть с какой-нибудь интересной книгой и погрузиться в свой выдуманный мир, не заботясь о каких-либо проблемах. Но сейчас... Этого хотелось еще больше, нежели в обычные будни. Браун чувствовала, как несколько глаз скользят по ее лицу, пристально наблюдая и оценивая, что девушке очень не нравилось. Беловолосая больше предпочитала быть незаметной для остальных, а сейчас все ее рассматривали, будто музейный экспонат на какой-то очень известной выставке. - Хахи! Хаято-кун, Тсуна-сан, пожалуйста, не обижайте Ламбо-куна! - воскликнула из ниоткуда появившаяся девушка. Ева внимательно посмотрела на нее, пытаясь в мельчайших деталях запомнить, как она выглядит. Темные волосы едва касались плеч, сформированные в аккуратную прическу, глаза темного шоколада горели лихорадочным блеском, а губы были изогнуты в мягкую и нежную улыбку. На вид девушка казалась приятной и милой, движения ее были мягкими, но точными. Несмотря на всю нежность образа, голос у темноволосой красавицы был слишком звонкий, слишком высокий, заставляя непроизвольно вздрагивать и жмуриться с непривычки. - Тц, женщина, не лезь! - подал опять голос Хаято. Браун на это лишь шумно вздохнула, привлекая к себе внимание некоторых сидящих уже за столом хранителей Тсунаеши, которые никак не реагировали на вечные ссоры своих друзей, предпочитая лишь отмалчиваться и думать о своем. Беловолосой уже начало казаться, что им не в первый раз приходится наблюдать такие громкие сцены. Под эти бесконечные крики Гокудеры и темноволосой девушки Ева задумалась. И окунулась с головой в свои мысли так, что окружающий шум для нее перестал быть помехой. Голубые глаза опустились скучающим взглядом на блюда, которые были явно не итальянской кухни, а скорее японской, что озадачивало, ведь Браун есть палочками совершенно не умела. Какой стыд! Господи, что же делать в таких ситуациях? Желания опозориться перед всеми присутствующими не было, а вместо этого девушку посетило жалящее чувство паники. Надо было срочно что-то придумать. Вот только что? Если уж говорить о том, что Ева не хочет есть, то во-первых, это самое настоящее вранье, так как девичий желудок урчал и гудел, во-вторых, это ужасно невежливо по отношению не только к хозяину дома, но и к остальным. Несмотря на то, что в столовой так и был шум от многочисленных голосов, Браун продолжала сидеть неподвижно, не пытаясь даже прислушиваться к ругани Гокудеры и незнакомой девушки, которая активно размахивала руками во все стороны, будто отгоняя от себя воздух. Тсунаеши же, в очередной раз тяжело вздохнув, обреченно закатил глаза, наверняка думая, что же следует делать в такой ситуации дальше. Выпрямив спину чтобы не горбиться и рефлекторно поправляя ткань бридж, беловолосая устремила свой взгляд вперед, чтобы никто не увидел панику в ее голубых глазах. Надо было что-то срочно придумывать по поводу столовых приборов, а то иначе позора точно не миновать. - Тсу-кун, а что здесь происходит? - неожиданно все повернулись, кроме сидящего напротив Евы Хибари, который безэмоционально попивал из чашки свежезаваренный чай, на голос, который был мягким, успокаивающим, обволакивающим, заставляющим млеть от его мелодичного звучания. Естественно этот ангельский голосок принадлежал девушке. Довольно-таки красивой девушке. Глаза ее, обрамленные пушистыми и длинными ресницами, искрились истинной девичьей невинностью, а очаровывающая улыбка подкупала, заставляла улыбнуться в ответ. Не было сомнений на счет характера этой милой особы. Ее выражение лица говорило само за себя. Медового цвета волосы каскадом спадали на плечи, заставляя их спокойно развиваться по воздуху даже при медленной ходьбе. А это странное сокращение имени... Тсу-кун. Девушка, все так же продолжая улыбаться, мелкими плавными шажками подошла к Тсунаеши, положив свою руку ему на плечо, тем самым поддерживая. Она была словно маленькое и легкое белое перышко, которое свободно плыло по воздуху, огибая все преграды, стоящие на пути. Она была гибкой и утонченной, словно идеальное творение известного скульптора, которое теперь стоит в центре зала и на эту фигуру все любуются, не отрывая глаз. Эта девушка была действительно дивной. Тонкая фигурка облачена в платье бледно-розового цвета, украшенное белым кружевом и жемчугом. Действительно красива! Браун смотрела на нее, не отрываясь, стараясь запечатлеть этот невинный девичий образ в своей памяти, не упуская ни малейшей детали из виду. Савада одарил ее таким же нежным и теплым взглядом, затем взглянул на тонкую женскую руку. В один момент его широкая ладонь дотронулась до ее пальцев, слегка поглаживая нежную кожу. Этот жест казался уж слишком личным, даже интимным, поэтому Ева отвела взгляд в сторону, больше не смея так нагло наблюдать за воцарившейся идиллией между парой, которая, наверное, в один момент даже забыла, что в комнате присутствуют еще и другие люди. Браун чувствовала себя не очень хорошо, так как она считала, что бессовестно подсмотрела за парочкой. Теперь желание уйти обратно в комнату еще больше усилилось... Неожиданно девушка повернулась в сторону Евы и перевела взгляд на нее, одарив Браун приветливой и теплой улыбкой. Почему-то беловолосую в этот самый момент затошнило. Девушка ясно почувствовала, как странный и неприятный комок встал у нее поперек горла, делая дыхание более рваным и частым. Ева поняла, что она начала нервничать. Большие глаза смотрели на нее, излучая доброту и любопытство. Да, большинство сидящих здесь желают побольше узнать о Браун, вне зависимости работа это, или же личная жизнь. Она была для них, словно закрытая книга. Они желали ежесекундно прочесть ее, чтобы затем забыть совсем о ее существовании, тем самым ставя на самую пыльную полку из имеющихся. - Это та самая милая девушка, о которой ты мне уже так много успел рассказать? - Ева удержалась, чтобы не фыркнуть. То есть как это «уже успел рассказать»?! Браун подавила в себе возмущенный вздох, натянув улыбку. Интуиция снова истерически завизжала внутри, заставляя уже чуть ли не ринуться со своего места к выходу. «Такого внимания мне еще никто не оказывал...», - подумала про себя Браун и смяла в руках ткань скатерти, чуть ли не разрывая ее на куски. - Ева-сан, да? - теперь это уже предназначалось Браун, из-за чего беловолосая подпрыгнула на стуле. - Да, - получилось тихо и слишком скованно. Все сразу же могут почувствовать, что что-то не так... Ева попыталась успокоиться и взять себя в руки, ведь ничего такого криминально пока что не случилось. Ей было неудобно, что столько людей смотрит только на нее одну, и это побуждало сердце сильно биться в груди. В ответ беловолосая получила такую же беззаботную и приветливую улыбку. Хрупкое тельце снова начало будто плыть по воздуху в сторону сидящей за столом Евы. Стул, с которого поднялась Браун, жалобно проскрипел басом, оставляя после себя секундное эхо. Шатенка подошла к ней, желая взять гостью особняка за руки, но еле-еле сдержалась, так как это было неприличным. Все это время девушка, которая активно ругалась с Гокудерой, тоже поспешила подойти к Еве, широко улыбнувшись. Они все так добры и приветливы... Это очень сильно подкупает. - Спасибо Вам за все, Ева-сан! - Браун распахнула глаза от накатившего шока. Шатенка, которая до этого несколько минут просто стояла, теперь согнула спину в вежливом поклоне. Беловолосая не понимала, что тут вообще происходит, так как н