Его длина не меньше пяти километров.
Траектория моего полета проходит через аватара.
Он на ветке кушает гигантский арбуз.
Аватар украл арбуз у товарищей и жадно пожирает его один на высоте, где никто не увидит ни арбуз, ни вора.
Но я вижу и арбуз и аватара, потому что я лечу.
Голубой инопланетянин замечает меня над собой.
Не успевает выплюнуть арбузную корку с семечками.
Я смягчаю удар падения о толстого аватара.
Если бы он кушал меньше и занимался культуризмом, то я бы отбил свои внутренности об его стальные мускулы.
Аватара расплющивает подо мной, словно персик.
- Сила, с которой я действую на аватара, равна силе, с которой он жадно пожирал арбуз.
Мне с аватаром не по пути, потому что силы действуют в разных направлениях. - Пролетаю над гнездом кукушки.
Пернатое животное злобно кричит мне в спину.
Мне очень везет с падением.
Если дружишь с законом тяготения, то приходится ру-гаться на синяки и шишки.
Через каждые сто метров скорость моя замедляется об очередное препятствие.
Если бы я падал равноускорено, то ударился бы о землю с той силой, с которой земля бы меня ударила в лоб.
Мой третий закон стал бы мне могилой.
Но падаю на очередное смягчающее обстоятельство.
Я надеялся, что коричневый шар это - мягкий гриб паразит.
Но шар оказывается домом диких пчел.
- Один укус пчелы Рубенса убивает человека!
Сэр Isaac! Зачем вы к пчелам полезли?
Ко мне с грязными намерениями не пристаете, а к пче-лам лезете!
Тот, кто легко опускается с девушками, так же легко поднимается в их глазах!
Вы же эгоист, потому что падаете без меня!
Мужчины, которые летают с деревьев - не серьезные! - для леди Patricia мой адский полет кажется комедией в театре.
И в этой комедии джунглей виноват, разумеется, я.
К счастью, я ускоряюсь, как комета.
Пчелы не успевают меня догнать.
Рожденный летать, падать не может.
- Леди Patricia! - От ужаса покрываюсь льдом.
Иней красиво серебрится на кончиках пальцев. - Я толь-ко что видел на ветке сэра Hook.
О! Теперь леди двумя ветками ниже сидит без всего.
Сэр Samuel раскачивается на другой лиане.
Ускорения свободного падения превращается в машину времени?
Я возвратился в прошлое на три тысячи лет назад? - Знакомые лица и тела проносятся мимо меня с первой косми-ческой скоростью.
- Сэр Isaac! Не ваши старые знакомые проносятся пе-ред вами, а вы летите мимо них! - Patricia спокойна, потому что в безопасности, как белка в хрустальном дупле. - Перед смертью перед глазами человека пролетает вся его жизнь.
В вашем случае вы пролетаете мимо вашей прошлой жизни.
Поэтому не умрете, а оживете.
Если будете купаться в своих мыслях, то раскопаете клад.
Увидите лица, давно позабытые!
Сэр Isaac! - мед и сахар появляются в голосе леди Patricia. - Мимо меня пролетали?
Видели меня в своих прошлых друзьях?
- Я открыл закон разложения белого света на семь со-ставных цветов радуги.
Теперь этот закон мне мстит, за то, что его открыл.
Чтобы осветить будущее, нужно иметь светлое прошлое.
Лица из прошлой жизни сливаются на большой скоро-сти в радугу.
Вместо вас я вижу красное, оранжевое, желтое, зеленое, голубое, синее, фиолетовое.
На картинах из прошлого нарисованы только аватары. - Наконец, достигаю долгожданной земли.
Словно сказочный богатырь вхожу в землю по пояс.
Мягкая земля идеально спасает меня от переломов.
- Угол падения равен силе притяжения! - сбрасываю с левого плеча трехметровую красную змею.
После падения из гнезда гигантского орла я чувствую себя покорителем джунглей.
Во мне зарождается супер старик. - Желание жить все-гда сильнее смерти.
Леди Patricia! Я нечаянно разбил секстант и астролябию о лицо инопланетного голубого аватара.
Куда мне идти? - кусаю в хобот мини слона.
Слон отчаянно ревет, словно зубр.
На вопль малыша из зарослей бамбука выходит макси слон.
Убегаю от него на том, что леди называют ногами, а ста-рики - костылями.
- Сэр Isaac! Сердце подскажет вам, куда надо идти!
Идите за Солнцем следом, хоть этот путь вам неведом!
Всегда идите дорогой добра!
Я злюсь на вас, хотя и не знаю, за что!
Леди всегда знает, что мужчина перед ней виноват! - слышится шорох в хрустальном кубе Patricia.
Ни одна из научных теорий не объяснит мне причину этого шороха.
Лучше один раз потрогать, чем сто раз услышать.
- Солнце заходит на Западе!
Надеюсь, что за три тысячи лет Солнце не передумало.
Знаю, где Запад, поэтому легко нахожу восток! - пере-прыгиваю через муравейник с кислотными муравьями.
Два, три миллиона муравьев жадно кусают меня в ногу.
Засовываю ногу в пасть пятнистому шакалу.
Шакал с радостью слизывает муравьев и часть кожи с моей ноги.
Против яда муравьев и бактерий с языка шакала я гло-таю ярко зеленую змею.
- Чем ярче раскраска змеи, тем больше в змее яда.
Этот же закон относится и к девушкам.
Яд змеи нейтрализует яд муравьев и болезнетворные бактерии шакала! - объясняю всхлипывающей леди Patricia свое поведение.
Солнце падает, словно ему сломали ноги.
Сразу становится темно, как в сауне, в которой погасли свечи.
Лес наполняется жадным чавканьем, хрюканьем, стона-ми, хрустом костей, мольбами мелких животных о помощи.
Из опавших листьев я шью матрас.
- Сэр Isaac Newton! Вы должны идти днем и ночью без остановки. - Patricia учит ученого, как жить. - Пока вы спи-те, в Мире умирает одна леди Abigail!
Вы должны обладать силой воли, которая осилит вас.
- Если пойду ночью, то лоб расшибу о макаку.
Чем холоднее становится, тем толще должна быть шкура.
Без астролябии, без секстанта и без Солнца я могу уйти на Север, а не на Юг.
В жизни стоит тратить силы только на движение в нуж-ном направлении. - Укладываюсь спать на иголки ежа.
Они протыкают меня насквозь сразу в десяти местах.
Чувствую, что я прав, но это чувство не позволяет себя чувствовать правым перед леди. - Леди Patricia!
А вы тоже не будете спать всю ночь? - вопросом ударяю Patricia ниже пояса.
- Девушка должна спать долго и сладко, чтобы сохра-нить здоровый цвет лица.
Если мое лицо от недосыпания превратится в половую тряпку, то вы не возьмете меня замуж.
Отношения между красавицей и стариком должны быть легкими и воздушными, как на воздушном шаре.
Я - шар, а вы - корзина под шаром.
Шар должен спать! - через пять минут слышу ровное посапывание леди Patricia в хрустальном кубе.
Сон спасает леди от морщин.
- Почему я не родился девушкой? - с проклятиями встаю с теплого колючего ложа. - Девушки не становятся ве-ликими учеными, но они более знамениты, чем ученые.
Улицы и парки называют по именам леди, а не именами ученых! - В полнейшей темноте бреду куда-нибудь.
Спать, когда леди Abigail и леди Patricia в опасности, мне не позволяет чувство мужского долга.
Плохому танцору яйца мешают, а хорошему джентльме-ну мешает совесть. - Темно, хоть глаз выколи! - натыкаюсь правым глазом на острую ветку.
Почему в джунглях растут колючие и жесткие деревья, а не мягкие подушки.
Пальцем проверяю глаз на целостность.
Сначала попадаю пальцем не в глаз, а в бровь.
Затем мой палец втыкается в глаз, но не в мой глаз.
Обиженный яростный вопль аватара летит над ночью.
Аватар сам виноват, что в темноте преследовал меня.
С двумя глазами жалею раненого одноглазого аватара.
Он убегает от моей жалости в сторону низкой Луны.
Удача оставляет после себя чувство глубокого внутрен-него удовлетворения, а неудача оставляет выколотый глаз.