Где же Квэн? Я металась как птица в клетке среди высоких елей, обдирая ладони о шершавые столбы, от которых я отталкивалась голыми руками. Я бежала и бежала, чувствуя позади животное дыхание и глухой стук лап о снег. Паника и страх сковывали внутренности, когда в какой-то момент путь мне перегородил другой тигр с порванным ухом и отсутствующим одним глазом. Я резко затормозила, хотела обернуться назад, но не успела – резкая и удушающая боль бросила меня лицом в снег. Я закричала и начала отплевываться от снега, чувствуя, как сознание пытается отключиться, но почему-то не делает этого.
Боже. Как же больно.
- Тише, мальчики, она нужна нам живой, - прозвучал женский голос. – Держите ее в сознании.
Чьи-то руки перевернули меня на спину, и слезы покатились из глаз, а рот открылся в немом крике, когда шквал парализующей боли охватил мою спину, скручивая.
- Тише, волчица, ты нам всю погоду портишь своими криками.
Затем послышались быстрые человеческие шаги, и чье-то лицо склонилось надо мной, ударяя пощечину.
- Не смей отключаться, - раздраженно фыркнула она. – Вы зачем ее так глубоко ранили? Она в очень плачевном состоянии.
- Мишель! – послышалось нечеловеческое рычание – такое отчаянное и полное боли. – Отпустите ее!
Я приподнялась и посмотрела в сторону знакомого голоса.
- Ты пришел.... – прохрипела я, видя лишь расплывчатый силуэт, который я, тем не менее, узнала бы из тысячи.
Альф.
А затем меня резко откинули подальше, и в следующее мгновение на поляне уже было четыре тигра и один черный волк. Я пыталась поднять голову, но сил хватило только на то, чтобы повернуть ее в сторону драки.
- Нет... пожалуйста... не надо... – молила я, понимая, что ему не справиться с таким количеством хищников, которые, по-видимому, были опытными войнами и ищейками.
Я то отключалась, то приходила в себя под звериные рычания, звуки рвущейся плоти, поскуливания, удары о землю и деревья. Я перекатилась на живот и поползла в сторону драки. Альф едва ли успевал отбиваться от врагов, он спотыкался и падал, снова вставал в боевую стойку, но ему не хватало скорости, потому что тигры как пираньи кусали его и отступали назад.
В стороне лежал один мертвый тигр. Его глотка была перекушена, и вокруг снег окрасился в багровый цвет. Видимо, Альф успел убить одного из ублюдков.
Я снова перевела взгляд на Альфа, который уже был на последнем издыхании. Слезы лились из глаз, но я закрыла их и стала обращаться в волчицу через адскую боль, прожигающую каждую частичку моего тела. Я, почувствовав, что стала волчицей, освободилась от одежды и начала подкрадываться к ближайшему тигру.
Никто не замечал маленькую окровавленную волчицу, ползающую на пузе позади поля битвы. Никто даже не смотрел на меня, что, определенно, играло мне на руку. Поэтому я подкралась к ближайшему хищнику и, дождавшись, когда он повернется так, чтобы оголилась шея, вцепилась в нее мертвой хваткой, чувствуя, как металлический вкус заполняет рот.
Тигр заметался из стороны в сторону, пытаясь скинуть меня, но я лишь сильнее сжала челюсти, разрывая горло и мягкие ткани под хрипы хищника. Я зажмурила глаза и держала челюсти сжатыми до тех пор, пока тело тигра не обмякло, а сердце не перестало биться. И только в этот момент я почувствовала сильный удар в груди, хотя физически удар мне никто не наносил. Весь воздух, казалось, вышел из груди, и я почувствовала, как изо рта и носа потекли тоненькие струйки крови. Я была сбита с толку, я ровным счетом не понимала, что происходит, когда подняла глаза и увидела Альфа, из груди которого торчал металлический штырь. У него изо рта шла кровь, лицо и тело напоминало кровавое месиво, но он неотрывно смотрел на меня, едва шевеля губами.
- Мишель, - прохрипел он.
В его глазах не было ни боли, ни отчаяния, ни страха. Там была только нежность и беспокойство за меня. Я выпустила мертвого врага, пошатнулась и упала на бок, чувствуя сильное головокружение и упадок сил. Я закашлялась, но все также смотрела на Альфа, который теперь лежал также как и я на боку.