- Хватайте ее и уходим. Слишком много сил потрачено на гребаных волков, - прозвучал женский голос.
Мне подняли на руки, и я обвисла безвольной куклой в руках похитителя, тяжело дыша и похрипывая от крови и боли.
- Она плоха, совсем плоха. Не уверен, что сможет дотянуть до лагеря. Видимо, связь с волком была сильнее, чем мы предполагали, - подытожил тот, на чьих руках я висела окровавленной грудой.
- У нее не должно было быть близости до соревнований. Квэн клялся, что не было.
- Мы уже этого не узнаем. Но судя по ее состоянию, хватило и того, что было между ними.
- Теперь, когда ее пара мертва, нам легче выцепить ее из лап волков, потому что не надо беспокоиться, что в любой момент прибежит обезумевший рыцарь и оторвет нам головы.
- Мертвый он не такой страшный.
Послышался жуткий смех, отчего я утробно зарычала, но никому не было дела до полумертвой волчицы, которая из последних сил пыталась храбриться.
- А остальные претенденты нам не помешают? Кто они?
- Квэну не удалось узнать этого, но не думаю, что кто-то важный и весомый.
- Ладно, выдвигаемся.
Я жалобно заскулила, слабо вырываясь и глядя на неподвижное тело Альфа. Его глаза были закрыты. Мое сердце упало, оно сгорело заживо в тот самый момент, когда его глаза закрылись. Эта новая волчья жизнь дала мне надежду на любовь и счастливую жизнь, но так же она эту надежду отобрала.
В этот день я умерла внутри, но хотела и снаружи.
Глава 16
Меня несли на чем-то отдаленно напоминающем носилки. Никто не пытался говорить со мной или осмотреть мои раны – мы просто двигались куда-то. Я то отключалась от усталости и боли, то приходила в себя. Тело болело и саднило. Казалось, оно залечило мои раны – к сожалению. Эта чертова регенерация оборотня не даст мне так просто умереть.
В какой-то момент, когда я в очередной раз открыла глаза, слипшиеся от засохшей крови и грязи, я увидела ярко-красный костер, непроглядную ночь, пару палаток и тихо разговаривающих тигров. Я попыталась привстать, чтобы сменить позу, потому что тело затекло и отказывалось двигаться, но голова уперлась в толстые прутья металлической решетки.
- Кто-то очнулся, - прозвучал рядом мужской голос, и его обладатель подошел ко мне, сверкая черными начищенными ботинками перед моей мордой. – Красива, конечно, очень редкая окраска – как и дар.
Он протянул руку ко мне через решетку. В нос сразу ударил запах крови Альфа. Мои глаза налились кровью, губы сами собой поднялись в оскале, и я, кидая вперед свое сломанное тело и не обращая внимания на боль, вцепилась в руку убийце, смыкая зубы на запястье и отрывая хрустнувшую кисть.
- Сука! – заорал убийца, падая назад и обхватывая здоровой ладонью окровавленную руку. Он катался на спине и стонал от адской боли, причиной которой стала я. Я выплюнула кусок плоти и победоносно завыла, заставляя птиц в страхе выпорхнуть со своих мест.
Кто-то ударил железной балкой по прутьям решетки, и по ушам ударил сильный звон, который как наждачная бумага резало мои чуткие волчьи уши. Я сжалась, оскалившись.
- Ты нахрена руки к ней потянул? Она молодая, но все же волчица, придурок, - сокрушался другой оборотень, который ударил по решеткам. – А теперь нечего скулить. Ты убил ее пару, чего-то другого ожидал?
Я ненавидела их всей душой, четко понимая, что если мне представится такая возможность, то с радостью перегрызу их глотки, когда они потеряют бдительность. Похоже, и похитители это осознавали, поэтому предусмотрительно заперли меня в клетке.
Я уснула, забившись в дальний угол, а когда очнулась, то увидела миску с мясным рагу, от которого исходил настолько соблазнительный запах, что мой рот мгновенно наполнился слюной, а желудок тоскливо и болезненно завыл. Может, съесть и утолить свой голод?
Но я упрямо дернула мордой и опять свернулась в клубок, с ненавистью разглядывая похитителей, которые с интересом наблюдали за мной как за птицей в клетке.
- Упрямая, - удовлетворенно сказал тигр, сидя на бревне со скрещенными на груди руками. – Нам будет трудно приручить ее, но, правда, никто и не говорил о свиданиях и горячих поцелуях под луной. Она должна рожать здоровых котят и всё.