- Я Уильям, - сказал он, медленно поднимаю руки вверх, - я из медведей.
Я застыла как богомол на ветке и кивнула, призывая продолжать.
- Ты когда-то помогла Сьюзен, медведице, которая застряла в болоте – и она нам рассказала про тебя. А когда все на вечеринке поняли, что ты пропала, то пошли искать тебя. И мне, как видишь, удалось это сделать.
- Что сделать?
- Найти тебя, - мягко сказал Уильям, рассматривая меня растрепанную, осунувшуюся и лохматую, которая едва держалась на ногах. - И теперь я могу помочь тебе добраться до академии, - добавил он, донося информацию до меня как до несмышленого ребенка.
- А если я не хочу, чтобы меня находили? Если я хочу исчезнуть? – надломлено спросила я, разглядывая грязный снег, а затем подняла взгляд на медведя-оборотня, который остолбенел от моего желания.
- Есть только один способ, - через какое-то время сказал он.
- Какой? – заинтересовалась я, скрещивая руки на груди и готовая согласиться уже на что угодно – лишь бы не смотреть в глаза ни Этану, ни Сноу. Мне было стыдно, я была не готова, а лишь чувствовала себя подпорченным товаром, которому место только где-то на отшибе.
- Ты можешь пожить пока в нашей деревне медведей, небольшой, но уютной. Где-то на краю проживает пожилая медведица, лекарь, и ей как раз не помешала бы помощница, и....
- Я согласна, - выпалила я, так и не дослушав. – Только ты скажешь, что так и не нашел меня, Уильям.
Он не стал спорить или сопротивляться, просто кивнул и повел меня через леса и болота, затем опять леса и горы. Нам пришлось обернуться, мы бежали двое суток практически без сна и отдыха, перебивались ягодами и зайцами. Подушечки лап были сбиты в кровь, и в какой-то момент начало казаться, что это была очередная ловушка, которую в этот раз мне было не пережить.
Но нет, вскоре мы уперлись в огромный деревянный дом, сделанный из больших брусьев – прям в стиле медведей. Уильям обернулся и сказал, переводя дыхание:
- Вот это место, Мишель, и есть наша деревня, - он ободряюще постучал по моему плечу и двинулся вперед ко входу в здание. – Мы сейчас находимся в самом ее конце, как раз около дома лекаря.
Не успел он договорить, как дверь открылась, и из нее выглянула женщина средних лет.
- Я Мередит, лекарь в общине медведей, - поприветствовала она и улыбнулась. – Проходи, Мишель.
- А откуда вы знаете мое имя?
- Я же не совсем старая еще, слышу неплохо, - засмеялась она, пропуская нас внутрь. – А ты, Уильям, пообедай и беги обратно, а то тебя хватятся скоро.
- Но ба, ты же понимаешь, что меня здесь не было и не видел я ни тебя, ни Мишель – да и ты никого не видела?
Мередит повернулась и с прищуром посмотрела на меня. Я сглотнула и уже была готова к тому, что меня отсюда выкинут, как женщина произнесла:
- Мне, конечно, девяносто лет, но понимаю я все с первого раза.
Я зашла внутрь и вдохнула аромат дерева и свежего хлеба. Желудок сразу же сжался, начиная активно выделять желудочный сок и издавать звуки умирающего кита.
- Иди прими душ, девочка, и спускайся к обеду, - ласково и как-то по-матерински улыбнулась она. – В комоде самой первой комнаты есть несколько вещей, который бы тебе подошли.
И тут она повернулась к Уильяму, который превратился из огромного парня в кроткую овечку рядом с этой женщиной.
- А ты иди к себе и прими душ, нечего тут болтать своими причиндалами, - отчитала она его.
Я еле сдержала смешок, прыснув в ладонь, а Уильям недовольно посмотрел на меня. Я пожала плечами, как бы извиняясь.
Я приняла долгожданный душ, нашла в комоде пару вещей и спустилась в тот момент, когда Мередит и Уильям что-то оживленно обсуждали.
- Ба, ты же понимаешь, что они придут за ней, поэтому я и пообещал ей лишь временное убежище.
- Уил, девочка пережила всё, что не должен переживать ребенок в восемнадцать лет, и поэтому она пока останется здесь у меня. А если ей нужно будет уйти, то я ее без всяких вопросов отпущу. Пока пусть лечится.
- Но она не ранена, - возразил Уильям, а меня мурашки по телу пошли от проницательности Мередит.