Шелест. Кто-то приближается.
Повернувшись, мужчина увидел на противоположном краю моста силуэт женщины, скорее девушки. Она шла медленно, скорее измученно. В длинном алом платье, вышитым золотом, она выглядела словно в объятьях пламени. Еще немного и девушка бы упала от бессилия. Анар успел ее подхватить, затем направившись к своей стоянке, где хранились вещи. Конь, увидев хозяина, недовольно фыркнул и направился к воде. Странное создание.
Мужчина, не теряя времени, положил незнакомку на расстеленный дорожный плащ. В пути это самая удобная одежда: в жару – прохладно, зимой – тепло. Затем, достав кусок ткани, быстро обмотал вокруг лица, чтобы не напугать девушку, если та очнется.
Первым делом Анар сбрызнул лицо незнакомки водой. Затем попытался просканировать ее на наличие внутренних повреждений. Хотя он и не целитель, но некромантия дает возможность обнаружить серьезные травмы, но не исцелять. К счастью, серьезные повреждения у девушки отсутствовали. Полное магическое и телесное истощение.
Бледное лицо, на вид ей около двадцати. Маленькая, хрупкая. С темными волосами и пышными ресницами. Мужчина засмотрелся и не заметил, как девушка начала приходить в себя.
- Воды … – тихо прошептала она, глядя в черные глаза мужчины.
Глава 2
Глава 2.
Это был обычный день. Тихий. Солнце ярко светило, припекая, загоняя всех людей в тень. Я любила такие солнечные дни, любила оставаться одна и размышлять. И вот – проливной дождь после жаркого летнего дня, мокрое шоссе, нервный ритм. Я шла в алом платье, босиком. Слушала музыку, танцевала. На небе ослепительно ярко сверкала молния – прикосновение синей бабочки. Я не боялась, продолжая танцевать. В какой момент одна из молний ударила в неподалеку стоящую елку, а вторая угодила прямо в меня.
Адская боль. Пик. Пик. Пик.
Мне кажется – я умерла.
Жгучая боль. Я больше не чувствовала своего тела, постепенно утопая в океане агонии, адско-пульсирующей боли. В глазах потемнело – темнота. Чувствовала, как все внутри умирает, каждая клеточка тела разрывалась на миллионы частиц. Крик в тишине. Холод сковывал тело. Стон.
Лес. Плеск ручья, пение птиц, свист и шепоты. Дикий лес, грозящий. Неподалеку завывает волк. Бежать. Прятаться. Инстинкты зашкаливают. Не понимая где я, как тут очутилась. Главное осознание – жива. А что такое «жизнь»?
Свист и шепоты становились громче, и спустя некоторое время на поляне появилась группа людей. Туристы. Нет. Бездомные. Дикари. Облачены в козьи и овечьи шкуры. В руках мечи и луки. Охотники. Скорее убийцы.
- Пин, зачем ты взялся за этот заказ? Ты же знаешь, наших сил не хватит, чтобы убить этого ублюдка. Толпа поддержала говорившего, все громче бунтуя.
- Молчать! – крикнул тот самый Пин, - Нам не обязательно его убивать, главное покалечить. Обещанных денег нам хватит до конца жизни. Мы озолотимся.
Толпа продолжала гудеть. Я затаила дыхание, и вдруг почувствовала, что по коже ползают крохотные насекомые, пытаясь впиться в кожу. Попытки сбросить их провалились и боль нарастала. В этот момент меня заметили. Десятки глаз воззрились на меня. Злые, голодные.
- Смотрите, какая козочка к нам пожаловала, - сказал тот самый Пин, обращаясь к подчиненным – Вот сейчас мы развлечемся!
То, каким образом они собирались развлекаться, меня не устраивало, даже больше.
В своих размышлениях, часто любила придумывать ситуации и то, как поведу себя в них. Но ни одна моя симуляция в голове, не могла сравниться с ситуацией, в которой сейчас оказалась. И результаты меня пугали – я была охвачена ужасом, меня парализовал страх. Спазмы в горле – голос пропал. Я осознавала свою слабость и ненавидела её. В этот момент мой ужас был рационален, но времени, чтобы продумать варианты борьбы с ним не было. Дикари с голодом в глазах окружали, словно никогда не видели женщины. Их вид напоминал стаю диких обезьян в период полого созревания. А сейчас, они насильники человеческих женщин. Для них в аду припасен свой котел.
Один из обезьян попытался схватить меня за ногу и скинуть с дерева, еще один схватил за руку. Секунда и я лежала на грязной, холодной земле. Руки и ноги крепко сжимали, и платье уже неприлично задрато.
«Не рыпайся и тебе понравится» - усмехается один из них. Если грязная похоть может иметь запах – то сейчас я его ощущаю. Запах грязного мокрого животного, смесь пота и гнили изо рта.
Я никогда не верила в богов, а сейчас каждой клеточкой тела просила помочь, избавить от этой боли, унижения. Затем мысли вернули меня к маме, точнее к женщине которую считала матерью. Я плакала, жалела. Холодный пот стекал по лицу.