– В общем, план ясен? – Бетани внимательно посмотрела на меня, затем перевела взгляд на Таю. Мы одновременно кивнули, с одинаковым выражением напряжения на лицах. – Тогда через полчаса встречаемся между этажами. Да поможет нам Бэйрисса.
Поможет Бэйрисса? Было бы неплохо, но, уверена, маги, заключенные в этих клетках, тоже неистово молились ей до попадания за решетку, но это им не помогло. С другой стороны, на мне есть ее благословение. Возможно, это положительно сыграет на завершении нашей миссии. И тут я осеклась. Мы снова забыли про урну Эллен. Не решит ли она нам отомстить? Я покачала головой, гоня прочь эти мысли.
Каждая новая ступенька преодолевалась в сопровождении глухого гула в груди. Одна попытка, и все зависит только от нее. Наши жизни, жизни наших друзей, надежды сотни или тысячи магов…. Все так легко может разрушиться!
В моих трясущихся руках лежал нож и маленький флакончик из сонной бомбы. Две вещи, что могут помочь, но полностью на эти средства положиться нельзя. Нож – зубочистка по сравнению с мечом стражника, а зелье может просто не сработать.
– Здесь мы разделимся, здесь же и встретимся, я надеюсь, – сказала Бетани и пошла вперед. С Таей мы расстались этажом выше, мне же достался самый последний этаж. Сердце дрожало, как шипящее масло на раскалённой сковородке. Задержав дыхание, я перешагнула через порог, ведущий на этаж, хотя задерживать дыхание еще было рано.
Я оказалась в небольшой проходной комнате, за которой тянулся достаточно светлый и длинный коридор. С одной стороны шли длинные ряды глухих и запертых железных дверей. С другой стороны – застекленные окна, перекрытые решетками. К моему ужасу, здесь совсем не было факелов или огня, только на столе надзирателя горела небольшая свечка. Увидев офицера, читавшего книгу за столом, я вздрогнула, и тут же спряталась за стеной. Зажмурила глаза, надеясь, что так перестану бояться, но это не помогло. Я продолжала дрожать, и никак не могла это остановить. Никогда прежде меня не охватывала столь буйная паника, и я не знала, как с ней бороться.
Тут я вспомнила про нож в своей руке. Холодный блеск стали еще сильнее защекотал нервы, но тут я вспомнила, как однажды порезала палец во время готовки зелий еще во время учебы в университете. Тогда из-за боли я ни о чем больше думать не могла. Может, и сейчас сработает?
Дрожащей рукой я поднесла ладонь к острому лезвию, но в последний момент одернула руку. Нет, плохая идея. От боли я могу не удержаться и закричать. Тем более кто знает, может, Бетани смазала клинки ядом?
Жадно втянув воздух через зубы, я ближе подобралась к двери. Может, метнуть нож в голову охранника? Нет, тоже плохая идея. Скорее всего, я промахнусь, так еще и оружия лишусь. Но что же придумать, что!?
Я поджала губы и возвела глаза к потолку, на котором виднелись разводы от дождя.
«Бэйрисса, ты же дала мне благословение! Пожалуйста, прояви свое внимание прямо сейчас!»
Мир словно застыл, а я была в нем мухой, запертой в янтаре. Казалось, я повторяла эти слова по кругу снова и снова, не знаю, сколько прошло времени. Наконец я услышала голос где-то вдали, даже вздрогнула от неожиданности, ведь до сей секунды мир был похож на сплошную тишину, наполненной только мыслями мольбы в моей голове.
– Эй, скоро обед будет?
Стул скрипнул, и по коже побежали мурашки. Охранник сидел так близко. Главное, чтобы он пошел не сюда! От дрожи в руках чуть не выронила нож в своих руках. А затем, увидев в его лезвии мутное отражение своего побледневшего лица, сообразила, и взглянула из-за двери через лезвие ножа. В мутной глади стали с трудом можно было углядеть удаляющуюся спину охранника. Это мой шанс!
Я медленно съехала по стене, и на четвереньках поползла к столу, по прежнему крепко сжимая предметы в своих руках. Надеюсь, у Бетани и Таи все в порядке, и я тут корячусь не зря!
– Голдев! – услышала я бас охранника, и втянула шею в плечи. – Ты уже раз тридцать задал этот вопрос за последний час, – приподняв глаза, я заметила, что широкоплечий мужчина в доспехах стоит напротив одной из дальних камер. – Еще один вопрос, и останешься без обеда до завтра!
Стиснув зубы, я привстала, кинула взгляд на свечу и осторожно поднесла склянку небольшого размера к рыжему огоньку. Та достаточно быстро нагревалась под моими пальцами, больно обжигая. Боль была невыносимой, но я стоически выдерживала ее. Только в самый последний момент я вспомнила, что необходимо задержать дыхание. Втянув воздух через стиснутые зубы, я надула щеки до боли в скулах, как будто это мне как-то поможет. Через секунду раздался громкий хлопок, и мою ладонь ошпарили горящие капли, напоминающие кипящее масло. Я с такой силой стиснула зубы, что челюсть заныла. Из глаз брызнули слезы, я прижала руку к себе.