Меня бросило в дрожь. Все эти слова, прикосновения… ради чего? Чего он добивался? С другой стороны, мне не хотелось разговаривать с ним после всего этого. Я разрывалась между тем, чтобы выцарапать ему глаза и тем, чтобы сбежать в лес и больше его никогда не видеть.
– У тебя очень сильный разум, Джиллиан, – наконец сказал он, пока я разрывалась между двумя этими желаниями.
– Твои комплименты больше не подействуют! – прорычала я, ища глазами что-нибудь тяжелое, чем можно запульнуть в Николя.
– Но это правда, – выдохнул Николя. Я не желала смотреть на него, но при этом хотела уничтожить одним только взглядом. – Ты боролась с чарами с первой секунды, и не желала отступать. Я думал, поцелуй заставит тебя сдаться, но…
– А тебе кто-нибудь говорил, какой ты бесчувственный? – огрызнулась я, прерывая его тираду. – Зачем все это нужно было?
И снова я не желала слышать ответа, но при этом мне было ужасно любопытно, что заставило мага использовать на мне столь непростые чары.
– Я должен был узнать символы портала! – твердо сказал Николя, отворачиваясь. – Я вижу, что ты не хочешь это говорить, поэтому у меня не было другого выбора. Пойми, это наш единственный шанс. Вернувшись в прошлое, мы изменим мир!
– Ты даже можешь не родиться, идиот! – сплюнула я, голос резал, как бритва. – Я даже под пытками не скажу, что я рисовала. И разум свой буду держать под замком. Ты понимаешь, что навсегда потерял мое доверие к тебе? Даже не думай, что я прощу тебя за это!
Выпалив это, я резко развернулась и, делая длинные шаги, ушла прочь. Сначала мне казалось, что Николя примется догонять меня, но, на удивление, за моей спиной было пусто. Внутри меня же бушевал океан злости. Меня в самом деле трясло от всего пережитого. Казалось, до этого мига я не переживала ничего более ужасного, чем это. Сначала тебе кажется, что человек действительно тепло к тебе относится, а потом, в одночасье понимаешь, что это обман, все рушится.
Я вошла в свою палатку, и калачиком свернулась в спальном мешке, с головой нырнув под одеяло. Я не знала, плакать мне или скрипеть зубами, в злости придумывая план отмщения?
– Джил? – вдруг услышала я и вздрогнула. Что еще? Я осторожно выглянула из-под одеяла, и увидела сверток рядом со спальным мешком, – Джиллиан, ты меня слышишь?
Это было зеркало, точнее Бетани, запечатанная в нем. Я шумно вздохнула. Зачем Николя принес его сюда? Чтобы она мне спать мешала?
– Я чувствую, как ты расстроена. Что-то произошло? – голос Бетани был встревожен. – С Рэном все в порядке?
– Да, – пробормотала я в подушку, – Рэн жив и здоров, успокойся.
– А ты? С тобой все хорошо?
– Думаешь искупить свое деяние вежливыми вопросиками? – съязвила я, отворачиваясь.
– Не только. Мне действительно стыдно за то, что я совершила. Если как-то можно было бы искупить мою вину, я это сделала бы.
– Из зеркала я выпускать тебя пока не надумала, – коротко ответила я.
– Я не об этом, – грустно вздохнула Бетани. – Я ведь могу помочь тебе и словом.
Я стиснула зубы. Нет, ненавижу, когда меня жалеют! Тем более Бетани. После того, что она сделала…. Хотя Николя не лучше. Тоже повлиял на мой разум в корыстных целях.
– Ну и как ты поможешь мне словом? – тем не менее, подала я голос.
– Тем, что держать все эти чувства в себе очень больно, – спокойно ответила Бетани. Я тяжело вздохнула. Она права. Меня столько чувств переполняет, но рассказывать обо всем человеку, который пытался тебя убить? С другой стороны, она все равно в зеркале, и больше вреда сделать мне не сможет.
Я протянула руку к свертку, аккуратно развернула зеркало и посмотрела на Бетани, которая все так же продолжала сидеть в темноте.
– Николя обманул меня, – собравшись с силами, ответила я. – Он наколдовал что-то вроде любовных чар и хотел меня использовать.
– Использовать? – ахнула Бетани, представляя худшее. – Это не похоже на него. Я всегда считала Николя хорошим и…
Она сглотнула и опустила голову.
– Как далеко все зашло?
– До поцелуя. Ничего страшного, но все-таки неприятно, – выдохнула я, ощущая, что груз за плечами заметно полегчал. Неужели мне это помогло?