Линия снова пришла в движение. Жанна непроизвольно глянула на экран, поймав себя на мысли, что эта алая полоска (так похожая на разрез от бритвы) притягивает ее взгляд с какой-то непреодолимой силой.
«Наверное, так же бесконечно долго можно смотреть на плещущиеся у берега волны», – подумала она.
– Вы и правда считаете, что мне нужно вам что-то доказывать? – полюбопытствовал голос, и в нем чувствовалось неприкрытое удивление. – Разве мы в суде?
– Если вы считаете, что мы каким-то образом причастны к исчезновению этой женщины, почему не обратились в полицию? – возмутился Рэд. – Все вопросы и разногласия следует решать цивилизованным путем. На меня неоднократно жаловались и проводили в отношении меня бесчисленное количество проверок! В итоге я чист как стеклышко! С меня сняты все обвинения! Если лично вам не нравятся мои фильмы, у вас есть выбор – не смотреть их! Я никого силком не тяну к экрану, как это делаете вы! Да, против меня возбуждалось уголовное дело, но оно давно прекращено, так как ничего доказать не смогли! Все это происки недоброжелателей и завистников!
– Если вы не видите суслика, это не означает, что его нет, – ответил Ох. – Все, что вы сейчас говорите, вы можете втолковывать журналистам. Но не мне.
– А кто ты такой? – подал голос Юрий. – Очень интересная позиция – запереть в камере людей, которые тебя даже не видят. Твоя подруга хоть на глаза показывалась!
– Что ж… Ах всегда любила покрасоваться. Я же не вижу в этом необходимости.
Рэд повернулся к экрану спиной и покрутил у виска пальцем.
– Мы имеем дело с безумцами, – выдавил он. – Простите, друзья. Я не знаю, как исправить положение, в которое мы попали.
– Вы напрасно думаете, что распорядок дня, который есть на каждом ведерке, больше не действует, – произнес Ох. – Правила немного изменились, только и всего. Отныне кино будет идти без перерыва, но за отказ его смотреть наказаний не будет. Хотите – смотрите, не хотите – не надо. Режим показа фильма отменяется. Как и попкорн с пивом. Зрителям нашего кинотеатра будет предоставлена только вода – утром и вечером. Туалет будет меняться раз в день, в семь утра. Никаких вечерних обсуждений не будет. Но если хотите что-то сказать, можете встать в полный рост и подойти вплотную к стеклу.
– Кажется, вы забыли, что нас скоро может стать пятеро! – воскликнул Рэд. – Жанна беременна!
– Ирина Воробьева тоже была беременной, – холодно парировал голос.
– Мы никого и пальцем не тронули! – стоял на своем Локко. – Неужели вы думаете, что на съемках, где куча народу, можно вот так запросто, при свидетелях, убить человека? И ничего за это не будет?!
– «Седая ночь» – любительский фильм, – напомнил Ох. – И количество людей на съемочной площадке не регламентировано. Вы были одновременно и оператором, и режиссером. Кстати… после съемок вашего ассистента и одновременно художника по костюмам Ивана Рогожина нашли мертвым в озере. Он утонул в своей машине. Странно, да? И никаких разбирательств по факту смерти не было. А звукорежиссер Сергей Романенко пропал без вести. Назовете это совпадением?
Рэд, пошатнувшись, обхватил голову руками. Задыхаясь, он просипел:
– На мне… нет ничьей крови. Вы ненавидите меня за мои фильмы… За мою индивидуальность и дерзость взглядов… За то, что я не такой, как вы, серая и склизкая масса…
– Про массу хорошо сказано, – похвалил Ох. – Ладно, на сегодня хватит. Вижу, что для откровений вы еще не созрели. Держите воду.
Черный фон на экране тут же сменился прежней картиной с Ах, болтающейся на веревке. Почерневшее лицо девочки почти все было облеплено мухами, а ворона, сидящая на плече бывшего «менеджера», что-то старательно выискивала клювом в рыжих волосах «повешенной».
Сверху с тихим шелестом спустилось чистое ведро, в котором была двухлитровая бутылка.
– Это все он, гаденыш, – проскрипел Рэд. – Чертов шизик Таро. Возомнил себя вершителем судеб, сучий потрох!
– Зачем ему это? – возразил Юрий, глядя, как Алексей отвинчивает крышку у бутылки. – Какой резон этому горе-писателю вписываться в такой замес? Какая связь между Ирой Воробьевой и Евгением Таро?!
– Хрен его знает, – ответил Алексей. – Но то, что на такой диете долго мы не протянем, это факт. Четыре литра воды в день… Получается по литру на человека. И это все.
– Недели на три хватит, – прикинул Рэд.
Жанна с ужасом уставилась на режиссера.
– Я… Если родится ребенок, ему нужны будут молочные смеси… – пролепетала она. – Я не уверена, что у меня будет свое молоко. А если что-то и смогу выцедить, этого будет недостаточно для малыша!