- Это не я, это Юлиан! - тут же скороговоркой выплюнул Гортье. - Это он убил Шахова. Но, я был против, понимаете, против! На Юлиана иногда накатывает, и он впадает в бешенство, ничего не соображает, это у него все из-за тюрьмы, понимаете!
Гортье трещал без умолку, казалось, что ему надо не просто выговорится, но и очистить и излить душу. Я даже вопросы не успевал задавать, Француз сдавал все и всех.
Если коротко, то все дело было в той местности, где должен был в будущем расположить Сиротинск. Когда проводили реконгсценировку местности и проектно-изыскательные работы, с изъятием проб грунта и воды, то выяснилось, что здесь находятся богатые залежи не только золота, платины и серебра, но близкое залегание к поверхности нефтеносных пластов. Поскольку вся информация шла через Француза, то он немножечко подправил доклад и Корст совершенно об этом не знал. Именно из-за этих полезных ископаемых Ковбой и Француз и планировали сорвать работы по строительству Сиротинска, в итоге совершив налет на стройку, уничтожив его население. Поскольку вдвоем это провернуть у них не хватало ни сил, не ресурсов, Ковбой привлек к этому делу одного мутного типа из Новой Москвы, некоего Сухого Степана Игоревича, которого знали под кличками СС и Сотник, именно он был владельцем охранного агентства "Сотник", а в старом мире крутился то ли в правоохранительных, то ли в криминальных кругах. Гортье точно этого не знал. Француз еще и про себя много чего интересного рассказал, выдав все схемы с помощью, который он выводил деньги со счетов торгпредства.
Пока Гортье изливал свою поганую душонку, Серега успел поверхностно обыскать дом, найдя несколько пистолетов и револьверов импортного производства, которые были припрятаны на третьем этаже. Похоже, боженька все-таки охранял такого дурака, как я, иначе никак не объяснить, почему Ковбой вместо того, чтобы выстрелить в меня, бросился с кулаками.
Кроме пистолетов, Серега нашел еще пластиковую полтарашку, наполовину набитую мелкой, серой стружкой.
- Это чего? - спросил я, сунув под нос Гортье бутылку.
- Серебро, - промычал Француз, слепо щуря глаза, когда я стянул с него мешок.
- Для чего оно вам? - спросил я.
Бутылка Серега нашел на третьем этаже рядом с прозрачной перегородкой. Серега сообщил, что перед перегородкой весь пол был усыпан этой стружкой.
- От нечистой силы, - еле слышно пробормотал Гортье.
Ясно, похоже, эти двое совсем из ума выжили. Хотя, я ведь и сам могу, что-то из жизни нечистой силы рассказать.
Ладно, скоро уже рассветет, пора бы и заканчивать этот балаган. Приказал парням грузить все ценное в лодку, но только без фанатизма, чтобы мы не утонули по пути назад.
Взял из кухонного набора нож, разрядил свой ПБ. Ну, а дальше сдела несколько совершенно неразумных для стороннего наблюдателя вещей - освободил обоих пленников.
- Держи, - сунул я в руки Гортье свой ПБ.
- Зачем?! - испуганно спросил Француз, убрав руки за спину.
- Взял в руки пистолет! - строго прорычал я. - Быстро!
Гортье взял в руки пистолет и испуганно посмотрел вначале на меня, а потом на Ковбоя. Юлиан, надо отдать ему должное сурово смотрел из подобья, понимая, что может произойти дальше.
- Стреляй в него, - приказал я Французу, мотнув стволом "сто пятого" в сторону Ковбоя. - Двоих я не отпущу. А на тебе крови нет, да и компромат мне на тебя нужен. Иначе дальнейшая работа у нас не заладится. Только не вздумай шалить, я тебя подстрелю, но не насмерть, и будешь ты всю дальнейшую жизнь хромать или из брюха трубочка на сторону торчать будет, сцеживая слизь. Стреляй! - неожиданно громко, рявкнул я.
Клац! Клац! - сухо щелкнул бойком ПБ в руках Гортье. Француз недоуменно посмотрел на пистолет в своих руках, не понимая, чего он не стреляет. Да, потому что патронов в нем нет! - с издевкой, подумал я, приготовившись к дальнейшему развитию событий. То, что произошло дальше, совершенно укладывалось в картину придуманного мной сценария.
Ковбой низко пригнул голову и бросился на Француза с кулаками.
- Падла, падла! Ты же убить меня хотел, - сбив Гортье с ног, Юлиан навалился на Француза сверху и принялся месить того кулаками. На меня он совершенно не обращал внимания, ну, точно, псих конченый!
На крики в комнату забежали Черновы, но я жестом отправил их обратно.
Ковбой навалился на Гортье и, ухватив того за горло, отчаянно душил. Француз скреб пальцами по доскам пола, пытаясь найти хоть какое-то оружие для самообороны. Подойдя поближе, я вложил в его пальцы столовый нож.
Хек! - длинный, широкий шеф - нож, легко вошел в правую бочину Ковбоя, скорее всего пробив при этом печень. Кровища хлынула из широкой раны мощным потоком, заливая пол и Гортье. Юлиан дернулся, засучил ногами и, обмякнув, упал на бок.
- Голову ему отрежь, - голосом, не требующим возражений, приказал я. - Живо!
- Зачччем??? - испуганно тараща глаза, проблеял Гортье.
- Режь голову! - рыкнул я. - Иначе, я сейчас твою отрежу.
Гортье шарахнулся от меня, неумело схватил Ковбоя за волосы и принялся пились ножом шею, своего бывшего любовника. Получалось у него плохо! Кровь лилась ручьем, рукоять ножа быстро намокла от крови и стала скользкой, клинок несколько раз выскальзывал из пальцев Француза, падая на пол.
- Быстрее! - подогнал я Француза. - Быстрее!
Ожог на моей груди неожиданно начал пульсировать, предвещая неприятности.
- Как там? - спросил я у младшего Черного, высунувшись в коридор.
- Нормально. Автоматы погрузили, сейчас патроны, гранатометы и ружья загрузим.
- Отставить! - приказал я. - Нельзя лодку перегружать. Забери эти две сумки, спускайте лодку и ждите меня.
- Но, - попытался, что-то сказать против Серега.
- Никаких "но", - отдернул его я. - Выполнять! Что-то предчувствия у меня нехорошие.
Вернувшись в комнату, я взял со стола бутылку виски, наполнил из неё высокий фужер до краев.
- Пей! - сунув стакан в руки Гортье, приказал я. - Пей!
Француз отбросил окровавленный нож в сторону и, схватив стакан трясущимися руками, жадно выхлебал его содержимое в несколько глотков.
- Еще пей! - приказал я, протягивая Гортье полную бутылку водки "Абсолют". - Пей все, иначе с ума сойдешь.
Гортье ухватил бутылку обеими руками, прильнул к горлышку и высосал больше половины, потом поперхнулся, пьяно икнул и упал в обморок. Отрубился, гаденыш! Голову, кстати, Гортье так и не отрезал, не смог перерезать шейные позвонки, обрезав мясо со всех сторон. Мерзость, какая! - брезгливо поморщился я.
Ожог на груди пульсировал все больше и больше. Пора валить отсюда, предчувствие накатывающей катастрофы явственно ощущалось каждой клеточкой кожи!
Отвинтив на газовой плите все четыре комфорки, я быстрым шагом вышел прочь, прихватив с собой пластиковую полтарашку с серебряной стружкой внутри.
Выскочив из домика, плотно запер за собой дверь и скоро пошел к лодке, которая уже качалась на небольшой волне. Небо затянуло тяжелыми, низкими, свинцовыми тучами. Где-то там, в небесах утробно и как-то кровожадно урчал гром!
Надвинув на глаза окуляр ПНВ я огляделся вокруг....и обомлел! Потом поднял окуляр прибора ночного видения наверх и осмотрелся обычным зрением. Ничего нет! Надвинул ПНВ на глаза, нет, не показалось - высоко в чернеющем небе, над домиком Ковбоя кружили рваные, черные, птичьи тени. Зловещие тени. Явно не имеющие ничего общего с миром живых, теплолюбивых организмов! Тени увеличивались в размерах, медленно опускаясь вниз. Мне показалось или я расслышал зловещее птичье клокотание. Или это гром?! Мля, допрыгали!