Мила остается лишь в белом нижнем белье, выглядя, как сбывшаяся мечта. Не отрывает взгляда от меня. Дышит прерывисто. Грудь, прикрытая кружевом, то поднимается, то опадает. Полноватые губы раскраснелись от поцелуев. В глазах бушует настоящая дикость, когда Мила разворачивается ко мне полностью, забрасывает ноги на сиденье, раздвигает их в стороны, опирается на локти.
Мне сносит крышу. Моментально. Набрасываюсь на свою милашку, вклиниваюсь между ее ног и сминаю губы. Языком врываюсь в сладкий рот и едва не теряю последний контроль, когда чувствую, что милашка отвечает на поцелуй.
Член стоит колом, ноет. Кожа горит от желания. А еще Мила добавляет огонька, стаскивая резинку с моих волос и зарываясь в них пальчиками.
Весь контроль исчезает к чертям. Не могу больше ждать.
— Ты чертовски сексуальна, — шепчу Миле в губы. — Мы сделаем это быстро, — забираюсь рукой между нами, расстегиваю пуговицу, ширинку и достаю член. — Но ты получишь свое, обещаю, — коварно усмехаюсь, отодвигая ее трусики в сторону.
Касаюсь пальцами влажных складочек, чуть проникаю внутрь, наслаждаюсь судорожным вздохом, который срывается с губ Милы.
Милашка сильнее обнимает меня за шею, тянет на себя. Похоже, я ей нужен так же, как и она мне. Это осознание делает меня безумным. Упираюсь локтем в сиденье у головы Милы. Врываюсь в нее одним движением, ладонью защищая голову девушки от удара о дверцу. Застываю. Чувствую частое, горячее дыхание на своих губах. Ловлю затуманенный взгляд. И понимаю — милашка принадлежит мне!
Ставлю второй локоть с другой головы.
— Люблю тебя, — резко выхожу и моментально врываюсь обратно. — Ты моя! — выхожу почти полностью. — Только попробуй оставить меня, — жестко толкаюсь вперед. — Если попробуешь уйти, пожалеешь, — ускоряю темп, но силы не сбавляю.
Двигаюсь размашисто, насаживая милашку на член. Не разрываю зрительного контакта. Мила тоже не пытается отвести глаз. Смотрит пристально. Дышит часто, поверхностно. Пальцами впивается в мою шею. Позволяет забрать весь контроль.
Мила отдает себя мне, а я забираю все без остатка.
Присваиваю ее тело, врываясь в него беспощадно.
Отнимаю дыхание, впиваясь в девичьи губы.
Помечаю душу…
Я не шутил, когда говорил, что не отпущу.
Использую всю власть, которая у меня только есть, чтобы задержать девушку рядом с собой. Но она будет моей! Вечно!
Поцелуй начинает набирать обороты. Наши языки переплетаются, зубы клацают. Поглощаю стоны милашки, которые становятся все громче.
Мила царапает мою шею. Я все жестче врываюсь в нее. Все связные мысли исчезают, оставляя только желание.
Желание получить свою малышку всю, не только тело, но и мысли!
Желание почувствовать ее удовольствие на своем члене.
Желание излиться в нее.
Переношу вес на одну руку, второй — протискиваюсь между нами. Не сбавляя темпа, касаюсь клитора. Надавливаю и начинаю кружить. Мила напрягается. Ее дыхание прерывается, глаза закатываются. Мышцы с такой силой сжимают член, что я едва не кончаю. Дрожь проносится по телу. Приходится призвать всю силу воли, чтобы не кончить слишком рано.
Мне нужно еще немного. Хочу увидеть, как Миле сносит крышу. Полностью.
Обхватываю клитор двумя пальцами, перекатываю бугорок между ним. Мила задыхается. Врываюсь в нее жестко. Еще раз. И еще. Мила выгибается, ногтями впивается в мою шею, сжимает член снова и снова.
Теряю дыхание.
Черт! Черт! Черт!
Врываюсь в последний раз и едва успеваю вытащить, изливаясь на сиденье. Ведь вовремя понимаю, что не могу перейти еще одну грань. Пока…
Пятнадцатая дверь. Антон. Машина Стаса. Часть 6
По телу проносится слабость, но кое-как нахожу в себе силы, чтобы сесть. Перетягиваю Милу к себе на колени, целую в висок и только после этого откидываюсь на спинку.
Нам требуется немало времени, чтобы восстановить дыхание. Тела постепенно успокаиваются, а силы возвращаются.
— Что ты со мной делаешь? — бормочу, поглаживая бедро Милы.
Она поднимает голову и так нежно смотрит на меня, что внутри все сжимается.
— Завладеваю твоим сердцем? — Мила усмехается.
Хмыкаю. Она права. Я уже преподнес ей свое сердце на блюдечке. И теперь Мила может либо беречь его, либо выбросить и растоптать, оставив дыру в моей груди. Ведь три заветных слова в ответ я до сих пор не услышал.
— Точно, — коротко целую ее в губы. — Давай одеваться.
Мила кивает, нехотя соскальзывая на сиденье.
— Нужно найти салфетки или хотя бы тряпку, — тянется за джинсами, которые валяются на полу.