Вновь стучусь в дверь, а ноги туда совершенно не хотят идти. Через силу заставляю себя делать шаги, словно плетусь под конвоем. Взглядом упираюсь в чашку и не поднимаю, чтобы с его синими глазами не встретиться. Цель одна — поставить на стол и сразу же ускользнуть. Но и тут мой план терпит крах, вновь натыкается на айсберг.
— Ань, присядь, нужно один вопрос обсудить, — просьба, которая не терпит отказа. Диана вообще не переносит слово «нет» в свой адрес.
Обречённо стул отодвигаю и сажусь, поднимаю на неё внимательный взгляд в ожидании поручений. Она же только приказы умеет раздавать, а простых просьб в её ассортименте не водится.
— Сегодня к тебе придёт устраиваться сын хорошего друга Владислава Николаевича. Оформи его помощником руководителя на полставки, — она бросает на меня быстрый взгляд, оценивает реакцию. Потому что в штате единица помощника только одна, и та закреплена за мной.
— Не волнуйся, штатку расширили, и теперь там две единицы. Должностные обязанности, какие были за тобой, такие и останутся, а Захар будет на подхвате. Когда документы составить поможет, когда за канцелярией отвезëт, — Влад, видимо, чувствует моё замешательство и сразу начинает успокаивать.
Интересно, однако, получается: у секретаря личный помощник будет теперь. Очень сильно сомневаюсь, что Диана на дополнительную ставку согласилась без боя. Она же трясëтся за каждую потраченную копейку в фирме, кресло новое тогда и то с трудом выпросила.
Но слова Дьяконова немного успокаивают и кажется, что этим действием заботу обо мне старается проявить. От этой мысли хочу улыбаться, аж скулы сводит от того, что сдерживаться приходиться. Надеюсь, что он придумал, как время мне больше уделять, а мальчишка будет оставаться в офисе в наше отсутствие.
Так, нужно быстрее в реальность возвращаться, а то мысли уже далеко уносятся, прямиком в нашу квартиру, где встречаемся обычно. Она уже давно пропахла его духами, я даже порой одна туда наведываюсь, чтобы одиночество так сильно не жалило в груди.
Возвращаюсь в реальность и замечаю вопросительный взгляд Дианы. Видимо, какое-то время пробыла в своих мыслях. Приходится быстро соображать и выруливать из конфузной ситуации.
— Здорово, может тогда и время на обеденный перерыв нормированным станет, а не только кофе на бегу, — позволяю улыбке искренней растечься на лице, вот только она адресована не перспективе пообедать. Я готова обед заменить объятиями Влада.
— Ну и отлично, — начальница прерывает и даëт понять, что разговор закончен, а дела, наоборот, лишь множатся с каждой минутой.
Встаю и из-под полуопущенных ресниц ловлю взгляд начальника, и сразу щëки жаром отдают. А он всё смотрит и палец указательный прикладывает к губам. Вот же подлец, на эмоции вывести старается. Он всегда так делает, когда мы в кабинете сексом занимаемся. Это, конечно, нечасто случается, но было пару раз, когда отчëты нас задерживали чуть ли не до полуночи.
Если бы не его жена напротив, закончилось бы это точно не так скучно, как сейчас. Но не могу уйти и не сделать финт, чтобы не напрягся сам. Карандаш «нечаянно» из рук выпускаю и, развернувшись к нему спиной, наклоняюсь. Кожаная юбка обтягивает бëдра, и я даже на расстоянии ощущаю, как поднимается градус в кабинете.
Слышу, как Владислав прокашливается, а после тишина повисает в помещении. А я, как ни в чем не бывало, выпрямляюсь и направляюсь к выходу. За дверью получается избавиться от навязчивого жжения между лопаток от двух пар глаз. Уверена, что любовничек готов съесть одними глазами, а Диана, заметив это, желает сжечь обоих.
Немного потешив своë самолюбие, возвращаюсь за стол и стараюсь сконцентрироваться на разборе электронки. Ухожу с головой в работу, хотя через какое-то время понимаю, что подвисла на одном письме, читаю текст, но сосредоточиться не могу.
Нужно попытаться Влада раскрутить на совместные выходные, чтобы только я и он. Можно даже не выходить из съëмной квартиры. Она, как наша личная спасательная шлюпка, отгораживает от моря неприятностей, что о борта бьëт.
Надеюсь, что в этот раз нас никто не побеспокоит и не станет звонить в самый ответственный момент. Ну а я уж постараюсь окончательно Диану из его головы выбить.
Справившись со всеми письмами, печатаю документы на приëм и кладу их на стол. Бросаю взгляд на часы и удивляюсь: оказывается, что уже два часа прошло, а новенького всё нет.
Дверь у начальника приоткрыта, а это значит, что Диана в закат ушла и надменность забрала с собой. А я даже и не заметила.