Не выдерживаю и в своей излюбленной манере знакомлюсь.
— Значит, вот какая ты, Анют. Хм, и правда милая. Я Захар. Ты специально надела такую обтягивающую юбку? Знала, что я приду? Или мне повезло?
— А ты со всеми так знакомишься? Или только мне не повезло? — она колкость в ответ кидает и к своему рабочему месту дефилирует.
А я на фигуру её залипаю. Она такая, как мне нравится, — утончëнная. Фигура кошки, зато глаза невинные, как у котëнка. Так и хочется за ушком почесать и спать уложить.
— Доброе утро, Захар. Смотрю, с Аней уже познакомились? — Влад появляется в дверях неожиданно и отвлекает от важного занятия.
Нехотя перевожу взгляд и ловлю себя на мысли, что улыбаюсь. Нужно убирать эту глупую гримасу с лица, а то не правильно как-то в первую минуту знакомства к ногам стекать. Хотя к таким, как у неё, можно и даже нужно. В руки себя с трудом беру и, прокашлявшись, отвечаю:
— Познакомились, правда не с особо дружелюбной её частью. Но это мы исправим, — кожей ощущаю её испепеляющий взгляд. Но отвечать на него не тороплюсь.
«Да-да, красотка. Думаю, мы подружимся».
— Как оформитесь, зайди ко мне, поболтаем, — будущий начальник многозначительно на меня смотрит, а после разворачивается и в кабинет к себе возвращается. А я уже знаю, про что будет разговор. Тут и гадать особо не приходится. Либо про достойное поведение, либо про будущее.
В ответ киваю и на красотку откровенно пялюсь. Что же ты такая красивая? Как же мне теперь сдержать слово, которое Дьяконову дал?
— Возьмите образец заявления о приëме, а мне свои документы дайте, пожалуйста, — Аня пальцами стройными стучит по столу и ждёт моей реакции. Ведëт себя отстранëнно и высокомерно, словно с первого диалога стену возводить начала между нами.
Она же не знает, что я привык напролом переть и все преграды рушить. Так что, Анютка, не пройдëт и пары рабочих дней, как добьюсь твоего расположения.
Из папки всё необходимое вынимаю и ей протягиваю. А она безэмоционально даёт мне чистый листок и ручку.
— Кофе у вас в кабинете пахнет вкусно, угостишь? — хочу хоть какие-нибудь положительные эмоции у неё вызвать.
Но пока не особо получается. Она удивлённо на меня смотрит, а после брови хмурит.
— Я начальству кофе делаю, а насколько мне известно, ты мой помощник. Значит, это ты меня угощать должен, а не наоборот, — возмущëнно фыркает и в документы глаза карие опускает.
— Да запросто! — как же твой замок ледяной разбить, принцесса? — Я и в кровать могу принести, если захочешь.
— Давай сразу договоримся, чтобы этих глупых подкатов больше не было. Я не та, на кого это подействует, — пальчиком рисует в небе круг и жалит словами. — Как я понимаю, ты к нам временно?
— Да, на время практики.
Ну всё, красотка, не хочешь хозяйственной девочкой быть, сам пойду себе кофе добывать. Поднимаюсь с кресла и к кофемашине направляюсь. А она вновь в документы закапывается. Словно в них спрятана вся её жизнь, и если оторвëтся хоть на миг, сразу упустит что-то. А между прочим, вокруг всё гораздо интереснее. Я, например.
Беру чашки и ставлю программу на два капучино. Сомневаюсь, что она с сахаром пьëт, и мне тоже за формой следить нужно. Корицу в тумбочке нахожу и жду, когда машина приготовит ароматный напиток.
То, что нужно, чтобы привести себя в тонус. Позавтракать не успел, потому что проспал безбожно. Хоть сейчас кофе желудок забью. А то уже чувствую, сводит, зараза, кроме обеда вчера в него ничего не попадало.
Воскресенье выдалось слишком насыщенным. Половину дня проторчал с братом в зале, а потом он меня дёрнул за город. Вот и пришлось нестись в офис, нарушая все правила. Да ещё и в пробку попал.
Раздаётся писклявый сигнал, оповещая меня, что напитки готовы. Беру за блюдца и несу новой коллеге. Надеюсь, хоть после этого смилуется и оттает немного. Ставлю перед ней и край чашки задеваю рукой. Наблюдаю, словно в замедленной съёмке, как две капли летят на свеженапечатанный документ.
— Бляяя, — схватить бумажки пытаюсь, но вместо этого весь стакан опрокидываю и стол заливаю, а брызги горячие на Анину блузку белую летят.
Она из-за стола вскакивает и, шипя, отпрыгивает. Ткань в сторону тянет, чтобы горячего кожей не касаться. А я, как болван, глазами хлопаю и сказать ничего не могу. Но нужно исправлять ситуацию. Что-то я совсем каким-то мудаком в первый день оказался.