На ее благоразумие в большей степени повлиял умоляющий взгляд оставшейся за прилавком худышки Мег, нежели желание угодить викарию. Так или иначе, мисс Хаддон кивнула викарию, молча, не желая вступать в дальнейшие разговоры, и двинулась в угол зала, где были сложены ящики с соломой. В них привезли товары для ярмарки, теперь в них же все это предстояло сложить заново.
«Если не придут хотя бы две горничные, мы проторчим тут до полуночи», – подумала Кэтрин, подхватив один ящик и направляясь с ним к столу с поделками.
Увы, Белинда смогла раздобыть всего лишь одну служанку и поспешила скрыться за дверьми зала прежде, чем Кэтрин или Мег успели заставить ее присоединиться к ним.
Прошло не меньше чем полчаса, прежде чем все изделия, включая кособокую чернильницу, были кое-как засунуты в ящики и небрежно переложены соломой.
– Ох, я умираю от усталости, – причитала Мег, всовывая в свой ящик последнюю пепельницу в виде утки с ущербными крылышками, кое-как расписанными под коричневые перья.
– Никто еще не умирал во время благотворительной ярмарки, – назидательно заявила Кэтрин. – Как только кто-нибудь пригласит тебя на первый танец, ты тотчас забудешь об усталости, как наша Дженни!
Эти свои слова Кэтрин вряд ли когда-нибудь позабудет. Собственно, ее воспоминания обо всем, что происходило на балу до того, как она их произнесла, оказались самыми безобидными. Как жаль, что эти пустяковые события – танец с доктором Голдблюмом, улыбка младшего Райдинга, подмигивающий мистер Блантвилл – со временем, скорее всего, покроются пылью и усохнут в ее памяти, подобно букетику на старой шляпке. А нелепые слова о смерти, сказанные наполовину в шутку, наполовину с досадой, останутся с ней и будут сопровождать всю жизнь. Как будто кто-то вышил их и повесил напротив ее кровати, как вешают назидательные отрывки из Писания!
Глава 11
Кэтрин пришлось самой приготовить чай для миссис Дримлейн – на кухне творилось что-то невообразимое перед ужином, которым должен был закончиться бал. Перед тем как спуститься за чаем, Кэти постучала к своей старшей подруге. Получив разрешение войти, она приоткрыла дверь и заглянула внутрь. Старая леди, по обыкновению, читала книгу, полулежа на узком диванчике.
– Я едва не задремала, но этот шум внизу разбудил бы и покойного Райдинга, который оглох от воплей своих внуков лет двадцать назад, – сообщила старушка, с улыбкой глядя на Кэтрин поверх книги. – Ты очень хорошенькая в этом платье, дорогая моя. На твоем месте я бы не тратила время на ворчливую старуху, а вернулась потанцевать, пока бал еще продолжается.
Кэтрин заверила миссис Дримлейн, что уже пресытилась танцами и ярмаркой и больше всего на свете мечтает спокойно выпить чая в «Зале фей».
– Что ж, уверена, тебе есть о чем рассказать, – проницательный взгляд миссис Дримлейн не упустил ни одной мелочи: усталый взгляд девушки, соломинки, прилипшие к рукаву платья, вспотевший от усилий лоб. – Ты позаботишься о чае? Я могла бы спуститься вниз, но, должна признаться, мне не хочется видеть ни своего сына, ни кого-либо из бывших соседей.
Кэтрин понимающе закивала и пообещала через четверть часа принести чай в любимую ими обеими комнату.
По дороге на кухню она не могла миновать бальную залу. Там все еще танцевали несколько пар, остальные гости болтали, собравшись группками сообразно возрасту и положению.
Кэти заметила младшего мистера Блантвилла в компании молоденьких девушек из города, слушающих его веселую болтовню почти с тем же восхищением, с каким барышни из лучших семей внимали историям Гарри Райдинга. Старшего Блантвилла не было видно, как и сына миссис Дримлейн с супругой – должно быть, они уже уехали домой, не дожидаясь ужина.
Мистер и миссис Лофтли примкнули к кружку викария и дам из попечительского комитета. Мистер Лофтли казался усталым и задерганным, но старался держаться уверенно и радушно. Во взгляде миссис Лофтли даже издалека были заметны гордость и тревога – только бы праздник закончился так же хорошо, как проходил до сих пор. Ее надеждам не суждено было сбыться, но блаженное неведение еще несколько минут будет скрывать от нее ужасную истину.
Кэтрин поискала глазами Дженни, но не успела разглядеть в толпе подругу, не желая заставлять миссис Дримлейн ждать чай слишком долго. На обратном пути ей и без того пришлось обойти бальную залу по узкому заднему коридору, чтобы не показываться гостям с тяжелым подносом.