— Трахни уже их, — фыркнула она, садясь рядом, её плечо коснулось моего.
Я оставила комментарий в духе Феникса Массерия без ответа, ухмыляясь своей собственной теории по поводу нас четверых — запутанной, тёмной, но нашей.
Через десять минут мы вышли из домика в купальниках, завернутые в полотенца, с большими панамами на головах. Оба оценивающе осмотрели мои оголенные ноги и руки, прежде чем младший присвистнул мне, а старший отвесил ему подзатыльник. Никс разочарованно простонал, что не может пойти с нами, на что Мэддокс лишь еще раз шлёпнул его по затылку. Парни готовили шашлык только на нас четверых. Это было естественно, что каждый тащит себе еду самостоятельно. Мэддокс отмахнулся от всех наших предложений и сам закупился на этот уикенд едой и напитками.
— Не подходи к нему близко, — сказал напоследок Мэдс, угрожая мне шампуром.
Когда мы прибыли к озеру, его спокойная поверхность контрастировала с бурей внутри меня. Я смотрела на воду, надеясь, что она сможет унять мои внутренние терзания, но понимала, что ни одно озеро не сможет смыть те чувства, которые я пронесла с собой.
Девчонки лежали на полотенцах, принимая солнечные ванны. Парни прыгали с тарзанки прямо в воду, кого-то раскачивали несколько человек и внезапно отпускали, тела летели дугой, вода взрывалась фонтаном; некоторые набирали воду в стаканчики или ладошки и обливали девчонок — визги, смех, мокрые волосы липли к плечам. Крик стоял дикий. Внезапно вся эта светская Барбара превратилась в детский сад, полный света и радости.
— Последние теплые деньки. Это того стоило, — довольно пролепетала я, стягивая с себя полотенце и расстилая его на песке.
Сегодня мой выбор пал на обычное черное бикини, за которое близнецы прибили бы меня на месте: слишком открытое, слишком манящее, их глаза жгли бы меня, как клеймо. Так бы и осталась сидеть с ними на веранде, пока все здесь веселились. Ну, возможно мы бы не просто сидели в ожидании готового мяса...
— Да, — отозвалась Вэл, делая то же самое — её полотенце упало, обнажив чёрно-фиолетовый купальник: низ — чёрные плавки на высокой посадке с верёвочками по бокам, что дразнили узлами, верх — красивый фиолетовый лиф с плотными чашками и лентами, уходящими вторым рядом за спину, подчёркивая изгиб. Она выглядела как богиня — опасная, соблазнительная.
— Девчонки, прекрасно выглядите, — к нам подскочил Ксавьер, и я готова была взвыть волком. Гребаный Мэддокс Массерия.
— Ксав, с нами все будет в порядке, можешь расслабиться, — уверенно заверила я парня, на что тот закатил глаза.
— Джи-джи, я уверен, что ты сможешь совладать с девчонками, — он коротко кивнул на Саванну и Челси. У первой все еще была небольшая повязка на носу, вторая сидела с гипсом, и это вызвало у меня улыбку. Получили суки по заслугам, — В общем, — он неодобрительно покачал головой, — Считай, что я защищаю других девчонок от тебя, — меня пробило на смех, и Ксавьер тоже усмехнулся.
— Ее от меня только не защищай, — я прижала Валери к себе, и он кивнул.
— Если что, я рядом.
— Ок.
И мы наконец направились к прозрачно чистой водичке, держась под руки. С самого детства мы заходили в воду таким образом — если для одной вода окажется нормальной, она тянет вторую, смех, визги, объятия.
— И сколько у тебя сегодня охраны тут? — подруга поиграла своими темными бровями, заставляя шлепнуть ее по бедру нашими сплетенными ладонями.
— Это все параноики, а не защитники. К тому же они и твои рыцари тоже, раз находишься рядом со мной, — мы вновь рассмеялись, привлекая внимание девчонок. Недобрые взгляды.
Прохладные воды безумно успокаивали и лишали всяких дурных мыслей — волны лизали ноги, холод пробирал до костей, но внутри — тепло, как его поцелуй. Валери поплавала со мной минут семь и выбралась на берег, аргументируя тем, что замерзла. Я ее отпустила, развалившись “звездочкой” и дрейфуя. Наслаждение и умиротворение накрыли меня с головой, я позабыла про все проблемы, ссоры, раскол в обществе.
Были только я и вода... и чьи-то грубые руки...
Стоп, что?
Я вскрикнула, когда меня утянули под воду: мир потемнел, пузыри взвились, лёгкие сжались. Начала бить руками и отталкивать от себя ненормального — кулаки врезались в мышцы, ногти царапали кожу, страх распространился по коже мурашками, холодными и острыми. Не знаю, как так получилось, что у меня было немного воздуха — вдох перед погружением, — но нос неприятно щипало, вода жгла горло, паника жрала изнутри.
В следующее мгновение мы уже были на поверхности — брызги взлетели, солнце ослепило, — мужские руки крепко держали меня за талию — пальцы впились в бёдра, мозоли жгли мокрую кожу, — пока я кашляла и била кулаком по мощной груди: