Тяжелый вздох вырвался из его груди, и он по-свойски закинул руку мне на плечи, притянув меня к себе, и повел в сторону выхода. Мне было это нужно — знать, что он рядом.
Я рассказала ему о пьесе и кастинге, и о желании преподавателя увидеть мое участие. Массерия внимательно слушал и одобрительно кивал, его глаза светились, когда я делилась своими мыслями.
— Тебе нужно отвлечься, — прошептал друг, оставляя легкий поцелуй на моих волосах. Я почувствовала, как в груди что-то теплое и уютное распускается, словно весенний цветок.
Не то, чтобы мне нужно было его разрешение в этом вопросе. Или чье-нибудь еще. Я просто поделилась с ним, чтобы заполнить эту жуткую тишину между нами. Обычно веселый и громкий Феникс вдруг стал каким-то тихим и отстраненным, и это мне совершенно точно не нравилось.
— Я тут не для того, чтобы отвлекаться, — поддразнила я его, — но если ты обещаешь делать мне массаж плеч, может, я подумаю над твоим предложением.
Он усмехнулся, и я заметила, как его хмурые брови чуть расслабились.
Феникс не забывает спросить о Рэе, который пристал ко мне перед драмой, и справиться о его желаниях на мой счет. Это доказывает, что шпионы вокруг меня все же есть. Я честно признаюсь ему во всем. Никс устало качает головой и проверяет свой телефон. Мой взгляд успевает упасть лишь на “Полная задница”. Это Мэддокс. Сообщение мне увидеть не удается, парень быстро возвращает телефон в карман своих штанов.
Я никогда не лезла в их братские отношения. Если они меня сами не втягивали в свои конфликты. В конце концов, они были двумя половинками одного целого и не могли существовать друг без друга. Не знаю, что мог бы почувствовать близнец, если бы его половина внезапно исчезла бы.
Солнце слепит мне глаза, стоит нам выйти на открытую полупустую парковку. Мы идем к нашим машинам, всегда припаркованным рядом. Черного Джипа Мэддокса уже не было. Зато в отдалении были серый внедорожник и хищный взгляд ее хозяина. Рэй привалился к капоту и внимательно следил за мной, ожидая, что я приду к нему.
Этого не будет. Они моя семья, и я им верю.
Глава 4. Джиселла
Удар. Еще удар.
Кости ноют от столкновения с жесткой поверхностью, но эта боль — единственное, что кажется реальным.
Я била не по груше. Я била по своим страхам, по липкому чувству беспомощности, которое преследовало меня последние дни.
— Виннер, крути корпус, а не все тело! — голос тренера Лоуренс прорезал гул в ушах, как хлыст.
Нога скользнула по влажному от пота полу. Мир качнулся. Дыхание срывалось с губ рваными хрипами, легкие горели, словно я надышалась дымом. Каждая капля пота, стекающая по спине, казалось, напоминает о том, сколько усилий я прикладываю, чтобы не сдаться. Я не знала, сколько я здесь. Час? Два? Я пыталась выбить из себя мысли о серых глазах Рэя Янга и о том, как Мэддокс смотрел на меня в том коридоре — как на вещь, которую у него пытаются украсть.
— И вообще, заканчивай! — рявкнула тренер, вырывая меня из транса. — Зал закрывается. Мойся и выметайся.
Я повисла на груше, обнимая её мокрыми от пота руками. Тяжелый, влажный воздух спортзала давил на плечи. Я осталась одна в огромном пространстве, где эхо моих ударов все еще витало под потолком.
Зеркало во всю стену отражало не принцессу Истон-Парка, а загнанного зверя. Раскрасневшееся лицо, дикий взгляд, грудь, вздымающаяся так, словно сердце вот-вот проломит ребра. Волосы, что я собрала перед тренировкой в высокий хвост, растрепались, и резинка грозила свалиться в любую секунду. Топ и шорты прилипли к телу, как вторая кожа, очерчивая каждую мышцу. Я выглядела уязвимой. И опасной.
Она сказала, что зал закрывается, значит сейчас около десяти. Я приехала сюда сразу же после школы и всех факультативов, и, получается, провела несколько часов.
Довольно долго я стою под ручьями прохладной воды, ощущая, как каждая капля нежно скользит по моей коже, смывая усталость и напряжение. Я смотрю на свои пальцы ног, погруженные в пенный поток, и в голове вертятся мысли о том, как много времени я провела в этом зале, стараясь забыть о своих проблемах. Тренеру Лоуренс приходится громко постучать в дверь, чтобы вернуть меня к реальности. Я вздрагиваю и спешу.
На мокрое тело натянула черные мешковатые штаны и футболку, не думая о бюстгальтере — от него моя грудь бы вспрела сейчас. Мокрые волосы завязала в небольшой пучок, обещая себе высушить их дома.
Когда мы вышли из здания, я поежилась от вечернего холодка. Освещение в центре города создаёт иллюзию тепла и безопасности.
— Будь осторожна по пути домой, — по-доброму отозвалась тренер, когда моя машина пикнула, приветствуя меня.