За его спиной поднялся гул. Сотни глаз жадно впивались в Джиселлу. Слухи о её «художествах» в катакомбах под баром разлетелись по Нью-Йорку со скоростью лесного пожара. Наши люди постарались: фотографии залитых кровью подвалов и изуродованных охранников Валерио уже были в телефонах каждого консильери. Но одно дело — слышать легенду, и совсем другое — видеть её. Если бы не этот дерзкий «щелчок» пустого пистолета, они бы никогда не поверили, что хрупкая девчонка в разорванном шелке устроила ту резню.
Мой взгляд скользнул за спины Джулии и Анастасио, где в толпе наших солдат, израненных и злых, мелькнуло знакомое лицо. Валери Хикс. Какого черта она здесь забыла?
Обычно безупречная, сейчас она выглядела как призрак из трагедии. Волосы, растрепанные и тусклые, висели грязными прядями, а её глаза — те самые ледяные озера, в которых раньше не было ни капли жалости — теперь были полны настоящих слез. Они смывали копоть с её щек, оставляя мутные дорожки. Она дрожала, вцепившись мертвой хваткой в руку брата. Николас... Черт. Так у них теперь все хорошо?
Жаль, Джиселла была слишком занята Четверкой, чтобы заметить эту маленькую драму на заднем плане.
Николас поймал мой взгляд. Наши лица — как два отражения в разбитом зеркале: те же скулы, та же хищная линия челюсти. Его гримаса была смесью вины и немого вызова. Он кивнул мне, едва заметно, передавая негласное право командовать этим хаосом. За его плечом Кевин и Блэйк демонстративно выставили рукояти кольтов, а Ксавьер, вечный стервятник, крутил в пальцах серебряный жетон. В пустых глазницах черепа на секунду отразился свет люстры, будто сама смерть подмигнула нам из толпы.
— Идите, — тихо сказал я, отпуская Джиселлу на пол, но продолжая придерживать её за талию.
Я протянул свободную руку и сжал ладонь Джулии. Она посмотрела на меня, и в её глазах цвета выдержанного виски я увидел ту же бурю, что и десять лет назад: ярость, смешанную с материнским ужасом. Она коротко мотнула головой, вскинув подбородок, отказываясь следовать моим приказам.
— Я выше… — начала она, снова припоминая свой статус.
— Ему нужна твоя помощь... мам, — последнее слово я прошептал так тихо, что его услышала только она.
Джул вздрогнула. Слово, которое я никогда не произносил, ударило её сильнее пули. Ее внимательный взгляд впился в меня, и в нем что-то надломилось. Она посмотрела на бледного Анастасио, чья кровь уже пропитала её ладони.
Готов поспорить, что она даже не ждала, что я когда-нибудь назову ее так.
— Я присмотрю за ним, — уверенно вставила Джиселла, одарив их улыбкой.
Анастасио довольно кивнул, признавая преемственность. Он сделал тяжелый, рваный шаг назад. Джулия больше не сопротивлялась — она обхватила мужа, буквально утаскивая его прочь из этого логова змей. Несколько солдат подхватили «Мрака» под мышки, организуя живой коридор для отступления своего лидера.
Тишина упала, как нож между лопаток. Даже ветер стих, притаившись в развалинах. Джиселла прижалась ко мне всем телом, и я чувствовал, как её ребра вздымаются под тонкой тканью изумрудных лохмотьев. Где-то вдали завыла сирена — протяжный, жалобный стон раненого зверя, напоминающий о том, что Нью-Йорк всё ещё существует за пределами этого ада.
— Переговоры без «Падших»? — Винни просипел, и его палец, украшенный массивным перстнем, мелко задрожал в воздухе. Он отступил на шаг, когда я перевел на него взгляд. Пот на его лбу смешался с дорогим одеколоном, выдавая трусливое нутро. — Это… неуважение к нам.
Его голос сорвался на последнем слоге, когда из тени выступил Чейз. Тяжелые сапоги Аллена скрипели по мраморному щебню так, будто он перемалывал кости наших врагов.
— Не думаешь, что противоречишь собственным словам, «Счастливчик»? — голос Чейза был холодным, как лезвие бритвы. — Ты здесь замещаешь собственного отца, прикрываясь его именем, как щитом.
Чейз окинул взглядом мою руку, где кровь уже проступила сквозь бинты ржавыми пятнами, а затем перевел взгляд на Джиселлу. На её ладонь, лежащую на моем плече. На обручальное кольцо, которое упрямо блестело сквозь слой гари и копоти.
— Ты молодец, — едва слышно бросил он ей.
Нахваливает мою девушку. Мою жену.
— Думаю, присутствия меня, моей жены, наследника Каморры и нашего лучшего силовика вполне достаточно, — громогласно отозвался я, смиряя их взглядом, полным неприкрытого презрения.
Потому что мы были выше их.
Потому что мы были истинными Массерия.
Не по крови… По духу…
— Вполне, — внезапно подал голос Фабс.