Пока Феникс продолжал проверять свои легкие на прочность, Чейз стащил с себя черный фартук, бросил на столешницу и вышел из кухни. С огромным удовольствием я покинул кухню следом, шипя своему близнецу различные угрозы и предостережения, будто они могли на него повлиять.
В дверях своей спальни я почти столкнулся с Джиселлой. Она очень вовремя успела отскочить в сторону, избежав поцелуя с деревом. Немного напуганная неожиданностью, она быстро взяла себя в руки и зашипела на меня, тряся своим маленьким кулачком.
— Стучать не учили? — произнесла она, стараясь выглядеть грозно, но я заметил, как ее губы дрогнули от сдерживаемой улыбки.
— Это моя спальня, — напомнил я с легким вызовом, не отрывая взгляда от нее.
Ее волосы, собранные в аккуратный хвост, подчеркивали ее лицо, а моя футболка, свободно свисающая на ней, скрывала все самые сладкие изгибы, кроме ее груди, которая слегка выпирала. Теперь ее ноги не были обнажены, соблазняя каждого. Она натянула на себя мои спортивные штаны. Они забавно висели на ее бедрах. Но, черт возьми, она выглядела так, что у меня пересохло в горле. Моя одежда на её теле — это было заявление. «Я принадлежу ему».Даже если она сама этого не понимала.
Я мог бы толкнуть ее обратно в комнату, затащить в постель и сжать в крепких объятиях. Мой член дернулся от желания, но я быстро подавил его своевольность. Это было легко сделать, особенно когда мой взгляд наткнулся на уродливую игрушку в руках девушки.
— Опять ты с этой обезьяной, — буркнул я.
— Вообще-то ты сам мне ее подарил, — парировала она, заламывая бровь. Как я...
Мы снова были собой.
— Знал бы, что ты привяжешься к ней сильнее, чем ко мне, не дарил бы.
— Она, по крайней мере, не спорит со мной по каждому поводу, — ее подбородок вздернулся, а губы слегка изогнулись в усмешке, — И ты не смог бы пересилить свое тщеславие и не выиграть в том тире, — победа отразилась на ее лице.
Дурочка...
Я не смог бы оставить без приза тебя, так искренне верящую в меня маленькую сломленную девчонку. Но я не скажу этого.
— Я могу заставить тебя забыть о ней за минуту, — я наклонился к её лицу, вдыхая её запах.
Она закатила глаза, понимая мой намек, и я заметил, как ее щеки слегка покраснели. Это было то, что мне нравилось в Джиселле — она всегда оставалась такой искренней, даже когда пыталась казаться непринужденной. Я видел, как ее пальцы слегка сжались на игрушке.
— О, да, ты, конечно, мастер соблазна, — ответила она с сарказмом, но ее голос дрожал от смеха, — Но я не такая простая добыча.
Она откинулась назад, и ее волосы, собранные в высокий хвост, дернулись следом.
— Никогда не говорил, что ты простая, — произнес я, приближаясь к ней, и между нами снова возникло то знакомое напряжение, — Ты — грёбаный кубик Рубика, который я пытаюсь собрать уже шесть лет.
Она взглянула на меня с недоумением, и я не мог удержаться от улыбки. Она была умной, сильной и, что самое главное, она была собой. Ее глаза не отрывались от моих, и я чувствовал, как между нами возникла связь, которая не могла быть разорвана.
Мы стояли так близко, что воздух между нами искрил. Я мог бы поцеловать её. Взять её прямо здесь, у двери. И она бы ответила. Я видел это в том, как расширились её зрачки.
— Ладно, хватит болтать, — сказала Джиселла, возвращаясь к реальности, — Ты не собираешься просто стоять здесь и смотреть на меня, верно?
— Почему бы и нет? — ответил я, подмигнув ей, — Это неплохое зрелище.
Она закатила глаза, но я заметил, как ее губы снова искривились в улыбке.
— Если ты не собираешься делать что-то полезное, я пойду.
Она сделала шаг назад, но я быстро схватил ее руку, не желая отпускать ее.
— Куда ты собираешься идти? — спросил я, не желая отпускать ее, — Тебе нужно быть здесь, чтобы я мог следить за твоими действиями, — Я сжал ее руку, и ее пальцы слегка сжались в ответ.
— О, так ты просто хочешь держать меня под контролем? — с вызовом произнесла она, но в ее голосе звучало больше игривости, чем злости.
— В каком-то смысле, да, — ответил я, приближаясь к ней еще ближе, — Ты — моя ответственность, и я не собираюсь тебя терять.
— Начни с завтрака. Мой желудок урчит громче, чем твои амбиции.
Я не мог удержаться от смеха. Эта легкость в ее голосе, несмотря на все напряжение между нами, была невероятно привлекательной.
— Завтрак, говоришь? — повторил я, прищурившись, — А ты не думаешь, что это слишком банально?
Она подмигнула, и я заметил, как ее глаза заблестели.
— О, но именно в банальности и кроется вся прелесть.
Довольная своей маленькой победой, Джиселла весело приплясывая, проскользнула мимо меня в коридор, направляясь на кухню. Я последовал за ней, усмехнувшись.