— Давай серьезно, — тон Чейза резко изменился. Он сократил дистанцию, вторгаясь в мое личное пространство, и воздух вокруг него стал тяжелым. — В настоящем бою твоя цель — не победа. Твоя цель — выжить. Ты должна ударить так, чтобы выиграть секунду на побег. Одолеть мужчину ты не сможешь. Для тебя это нереально.
Я нахмурилась. Мой внутренний огонь взбунтовался против этой истины.
— Ты не веришь в меня или в свою способность преподавать, Скорпион?
Я знала, что играю с огнем. Я жестко мухлевала, используя его прозвище. Этот метод воздействия был под запретом для таких людей, как он — для мафиози, чье эго было раздуто до небес. Никогда не знаешь, как они отреагируют: рассмеются или сломают тебе шею за дерзость. Это был грязный прием — обратиться к Чейзу не как к другу семьи, а как к легендарному головорезу.
С Массерия это работало — они любили меня, и я могла давить на их болевые точки. Но с Чейзом это просто не могло сработать. Он был слишком осторожен, слишком расчетлив, и каждый раз переигрывал меня, как опытный шахматист, который заранее просчитывает ходы соперника.
Я не могла позволить себе быть уязвимой, и поэтому, несмотря на всю свою храбрость, внутри меня нарастало чувство неуверенности. Я не была такой смелой, чтобы открыто конфронтировать с ним; его уверенность и мощь подавляли. Но мне нужна была его помощь, и это осознание заставляло меня действовать.
Именно Аллен натренировал большую часть солдат, включая Мэддокса, и я знала, что если кто-то может дать мне нужные навыки и знания, так это Чейз. Он был лучшим из лучших, и его опыт мог стать для меня решающим. Я понимала, что должна найти способ достучаться до него, несмотря на его насмешки и игривую агрессивность.
Разумеется, я могла позволить этой самодовольной заднице — Мэддоксу — тренировать меня и дальше, но что-то мне подсказывало, что мы будем заканчивать одинаково. В конце концов кто-то из нас просто не выдержит и набросится.
Чейз — идеальный вариант.
— Инстинкт самосохранения еще не разнес твое сознание в пух и прах? — усмехнулся мужчина, выбираясь с ринга. Он потянулся к столику и привычным движением пристегнул кобуру с пистолетом.
«Скорпион».Тот, кто наносит быстрые, смертоносные удары. Тот, чье жало всегда наготове. Каждый его удар был не только точным, продуманным, как будто он заранее знал, как противник отреагирует. Чейз использовал свои навыки, чтобы заставить врагов чувствовать себя уязвимыми, заставляя их сомневаться в своих действиях.
Пистолет, который он всегда носил с собой, был лишь дополнением к его мастерству. Хотя Аллен предпочитал ближний бой, оружие давало ему преимущество в дальнем бою, позволяя контролировать дистанцию и ситуацию. Чейз был настоящей машиной для убийств, и его уверенность в собственных силах внушала страх.
Никс порой бывал слишком болтлив, рассказывая о репутации своего названого брата.
— Нет, — твердо ответила я, глядя на то, как металл скрывается под его одеждой. — Потому что я знаю: ты не тронешь меня.
— Я могу убивать без приказа, — отозвался блондин, словно прочитав мои мысли.
Он развернулся, и на его лице застыла акулья ухмылка — хищная, лишенная человечности. Его пронзительные глаза пригвоздили меня к месту, пока я неуклюже пыталась выбраться за канаты.
В одно мгновение он оказался рядом. Слишком быстро.
— Стоит тебе хоть на секунду встать против них, — его шепот, полный невидимых лезвий, коснулся моего уха, истерзав душу, — я перережу твое горло.
Я судорожно сглотнула, чувствуя, как ком страха застревает в горле. Крепкие руки обхватили мою талию, резко дернув вниз. Я вскрикнула от неожиданности. Он все еще держал меня в своем захвате, пока я дрожала от напряжения в мышцах и страха.
— Но мы же оба знаем, что этого никогда не случится... — промурлыкал он, довольный эффектом.
Он отстранился с ухмылкой победителя. А я могла только надеяться, что я действительно была для него неприкасаемой, а не просто очередной целью в списке ожидания.
***
Машина остановилась у массивных темно-коричневых ворот особняка Виннеров. Тяжелый выдох вырвался из моей груди. Я сжала ручки пакета с книгами так, что побелели костяшки, стараясь игнорировать тупую, ноющую боль в каждой мышце.
Выбравшись из машины, я направилась к калитке, чувствуя себя так, словно меня переехал каток.