Казалось, время в кафетерии остановилось. Все с замиранием сердца следили за главными актерами шоу. Страх на лицах и в душах. Тьма Мэддокса с каждым днем брала контроль над ним... или это я начала все больше замечать ее...
— Бедняжка, так и хочется пожалеть, — продолжал Рэй, не замечая, что его свита уже пятится назад. — Даже твой бесполезный братишка... кхр...
Договорить он не успел.
Мэддокс двигался быстрее, чем может уловить глаз. Рывок. Удар. Захват. Его рука сомкнулась на горле парня, отрывая его от земли. Неестественное кряхтение вырвалось из Рэя, и его щеки слегка надулись.
— Твою мать, — прошипел Никс, в попытке ухватить меня за руку, но я уже умчалась вперед, вильнув под рукой Ксавьера.
— Кажется, я ясно дал тебе понять, что будет, если не прекратишь лезть к моей семье, — его голос был тихим, но каждый слог звучал как приговор.
Ярость сорвала Мэддоксу голову. Его отточенные и молниеносные движения были слишком для простого ученика выпускного класса. Лицо Янга постепенно наливалось кровью.Он хрипел, царапая стальную руку, сжимающую его трахею.
Только не убей его. Не здесь.
— Эй, — прошептала я, оказываясь рядом.
Мэддокс не смотрел на меня. Он смотрел в глаза своей жертве, наслаждаясь её страхом.
Некоторые ученики повскакивали со своих мест, чтобы им было лучше видно. Девушки со слезами на глазах от ужаса следили за происходящем. А вот свита Рэя так и вовсе убежала. Вероятнее всего, за учителями или, что еще хуже, за директором. Ну, конечно же...
Нам нужно было уйти отсюда.
— Мэдс, — мой голос сорвался на шепот и звучал так моляще, что парень не мог не среагировать на него.
Моя ладонь легла на его мощное плечо и немного сжала. Я хотела стать якорем в той тьме, в которой он захлёбывался. Хотела, чтобы он ухватился за меня, за мой голос, прикосновение, и выбрался. Даже сквозь ткань рубашки я ощущала бегущие по его коже мурашки и напряжение в мышцах. Тогда я еще не осознавала, что назвала его сокращенным именем прилюдно, но возможно это сыграло особую роль в моем желании.
— Джи, — обеспокоенно отозвался Феникс где-то позади меня.
— Видишь? — прохрипел Рэй, глядя на меня выпученными глазами. — Теперь видишь, кто он? Монстр.
Слово ударило, как пощечина.
Я видела, как дрогнула рука Мэддокса, как сжалась челюсть, как дрогнула его рука. Но он не отпускал. Он не мог.
Воспоминания безудержно ударили в самые болезненные места, и передо мной снова сидел четырнадцатилетний Мэддокс, впервые убивший, запятнавший свои руки кровью ради моего собственного спасения...
«Я монстр...»
— Джиселла, отойди от него, пока он не ударил тебя! — крикнул кто-то из толпы, и я окаменела от сказанного.
Ударил меня? Кто? Мэддокс? Мальчик, который пожертвовал своим детством для моего спасения? Мальчик, что убьет ради меня? Тот, кто всегда будет моей стеной перед внешним миром? Что за бред? Он бы ни за что не поднял на меня руку, не ударил меня. Только не он...
— Никогда, — хриплый шепот сорвался с губ Мэддокса.
Он повернул голову. Наши глаза встретились. В его взгляде была тьма, но в центре этой тьмы горел огонь преданности. Он все еще крепко сжимал горло Рэя, но с удивительной покорностью глядел на меня, искал в глубинах моей души намеки на страх. Их просто не могло там быть.
— Ты же знаешь наше обещание... — прошептал он одними губами.
Кровавое обещание означало, что Мэддокс Массерия убьет любого, кто навредит мне. Здесь и сейчас он намекал на это, окончательно потеряв рассудок. Движимый желанием крови все равно ставил меня на первое место. И как бы сильно я ни хотела избавиться от такого надоедливого таракана, это не должно было произойти на глазах у всех. Только не так.
— Не сейчас, — я покачала головой, немного сжимая его плечо, — Отпусти его, — моя ладонь скользит по его руке, пока не достигает запястья, — Пойдем.
Мэддокс подчинился, когда мои пальцы пробрались под его ладонь, и аккуратно сжал их. Не потому, что был слаб. А потому, что моя воля была для него законом.
Рэй рухнул на пол, жадно глотая воздух. Он хватался за свое красное горло, на котором позже появятся синяки. Плевать на него. Я кивнула Ксавьеру, чтобы он позаботился об этом выродке, и получила кивок в ответ.
Мэддокс переплел свои пальцы с моими. Это было так просто и так немыслимо. Мы не держались за руки на людях с тех пор, как нам исполнилось двенадцать.