— Ты... — кажется, она была уже готова замахнуться на меня, и я был без понятия, смог бы я сдержаться и не сделать больно лучшей подруге девушки, которую...
— А я согласен с Мисс Хикс, — внезапно подал голос Николас, чем привёл в удивление всех присутствующих — его тон ровный, но глаза вспыхнули, фиксируясь на Валери с той интенсивностью, что жжёт. И от меня не ушла его игра со сменой обращений к ней — "Мисс Хикс", как формальность, но с намёком на интимность, — словно он пытался узнать, какое вызывает больше эмоций: формальное — уважение, или личное — огонь. — Нет, действительно, сейчас вам двоим необходимо заручиться поддержкой большинства, — и его взгляд ни сходил с Вэл ни на мгновение — голодный, собственнический, как будто она — его тайна, — а потом скользнул ко мне, — внезапно подал голос Николас, чем привёл в удивление всех присутствующих — его тон ровный, но глаза вспыхнули, фиксируясь на Валери с той интенсивностью, что жжёт. И от меня не ушла его игра со сменой обращений к ней — "Мисс Хикс", как формальность, но с намёком на интимность, — словно он пытался узнать, какое вызывает больше эмоций: формальное — уважение, или личное — огонь. — Нет, действительно, сейчас вам двоим необходимо заручиться поддержкой большинства, — и его взгляд ни сходил с Вэл ни на мгновение — голодный, possessive, как будто она — его тайна, — а потом скользнул ко мне, а с другими... вещами заниматься пока не в силах, вам стоит вернуть свой непревзойденный статус. Школа — ваш трон, и если он шатается, ударьте первыми.
— Благодарю, Николас, — Вэл благодарно кивнула — её губы изогнулись в улыбке, что не достигла глаз, но в голосе мелькнула язвительность, острая, как её ногти, — прежде чем переключить внимание на меня, — Вечеринка идеально подходит. Ну же, не ломайся. Всё будет под контролем — ты будешь там, Джи будет там, и мы с Никсом тоже. Это не прихоть, это ход — покажите силу, напомните, кто короли.
Черт...
Я поднимаю глаза на единственного человек, который хоть немного мог здраво соображать, учитывая одурманенное состояние Никса, любопытство Николаса к Вэл. Джи закусила губу, обдумывая ответ на мой вопрос и медленно кивнула, заверяя меня в правильности этих решений.
Блядь...
— Валяйте...
Глава 28. Джиселла
Мэддокс был недоволен.
Нет, даже не так. Его окутывала аура ярости и нетерпимости. Не столько из-за нашего с Вэл предложения поехать к озеру и устроить долгожданную всеми вечеринку, сколько от скачущего вокруг него Никса и кричащего о "первенстве в освоении моих губ", да ещё и по моему собственному желанию. Будто кто-то из них посмел бы поцеловать меня против воли. Но такое ребяческое поведение слишком сильно нервировало, и ореховые глаза периодически находили меня, транслируя некое недовольство происходящим. Словно я действительно могла как-то приручить Феникса.
В моей памяти до сих пор был свеж крик, разбудивший меня утром того дня, когда Никс пробрался в кровать Валери, и мы целовались, а внутри меня все еще затягивается узел наслаждения при воспоминаниях о том поцелуе. Она очень сильно возмущалась тогда на него, а в итоге еще и не разговаривала с ним остатки дня, изредка бурча себе под нос язвительные комментарии.
Но, несмотря на все недоразумения, мы были вместе, и это давало мне чувство уверенности, когда я садилась в машину Мэддокса. Забравшись на переднее сиденье черного внедорожника, я сбросила рюкзак вниз под приборную панель и улыбнулась всем присутствующим. Феникс и Валери сидели сзади.
Вэл потянулась, чтобы коротко обнять меня. Её объятия были как спасательный круг в этом море эмоций, но даже в этот момент я чувствовала, что что-то не так. Я не могла избавиться от ощущения, что все мы находимся на краю пропасти. Никс чмокнул меня в щеку, как делал это всегда при нашей встрече, а вот водитель... Мэддокс крепко сжал мой подбородок двумя пальцами, поворачивая к себе, и оставил жаркий поцелуй на моих губах: не лёгкий, а глубокий, требовательный, его язык скользнул внутрь, пробуя, владея, с привкусом кофе и его тьмы, что жгла меня изнутри. Он сделал это прежде, чем адресовать своему близнецу победный взгляд.
— Это было так обязательно? — устало отозвалась я, заглядывая в его уже ободрённые глаза.
Похоже, брат вытряс из него душу своим хвастовством, и теперь Мэдс отвечал тем же, метя территорию. Пальцы на подбородке сжались сильнее, на миг, посылая мурашки по шее, и он усмехнулся — низко, хрипло, — прежде чем отпустить.