Глеб не врал, дел у нас действительно набралась уйма. За один только месяц он запланировал два больших интервью, одно из которых должно было быть студийным, две пресс-конференции на начало и конец месяца, четыре концерта, два из которых должны были быть в Питере, начало записи нового альбома, для которого ещё требовалось написать музыку, и начало съемок клип к одной из наших последних песен «Я».
В итоге уснула я в третьем часу ночи, устав перечитывать одни и те же строчки с расписанием.
А утро началось весело.
Ровно в восемь утра к нам заявилась весёлая толпа гримёров. Они, не особо интересуясь тем, что мы как бы спим, вломились в наши комнаты, разделившись по два человека. Юлька стянула с меня одеяло, а Анька стянула меня саму. Они дали мне честные десять минут на душ и попытку привести себя в порядок, а потом велели сидеть среди комнаты на стуле в одном нижнем белье.
-Сумасшедшие,- зевнула я,- дайте одеться.
-Сиди ровно,- велела Юля, проигнорировав меня.
И они вместе добрые (или не очень добрые) два часа колдовали над моей внешностью. Вначале они долго-долго натирали чем-то лицо, делая его бледнее, как они меня уверяли. Затем также долго старательно выводили замысловатый макияж водостойкой косметикой. После начали насиловать мои волосы. Для начала они перекрасили их в тёмно-рыжий, добавив красных и розовых прядок, из-за чего получился переливчатый неоднородный цвет. Затем мои бедные волосики оказались завиты крупными кудрями и оставлены спадать вниз по спине.
-Сделано,- объявила Аня спустя два часа и они с Юлькой дали пять друг другу, с интересом и восторгом осматривая меня.
-Красотка,- поделилась мыслями Юля.
-Время,- глянула Аня на тонкие часы у себя на запястье,- остальные должны были уже приехать.
И правда, стоило им уйти, как дверь, не успевшая закрыться, открылась вновь, пропуская внутрь темные чехлы и Аркадия с Федей, их несущих.
-Привет, красотка,- поздоровались они, скинув одежду на мою кровать,- вставай, одеваться будем.
И ещё почти два часа мы потратили на то, чтобы нарядить меня в придуманный нами образ. Поверх него накинули большой черный плащ с капюшоном, закрывающий все моё тело и лицо. В точно таких же были и парни, уже ожидающие меня в гостиной.
-Нам к трём,- глянул на часы Глеб, который тоже отправлялся с нами.
-Нам ехать?- сложила руки на груди Юля, как главная в своей среде гримёров.
-Можно пару человек,- протянула я,- на всякий случай.
-Я поеду,- кивнула Юлька и вопросительно посмотрела на Аню.
Та тоже кивнула, говоря, что тоже поедет. Остаток времени мы потратили на комплектацию вначале своих инструментов, потом себя.
К трём часам дня мы как раз подъезжали к нужному нам особняку Корниловых. Впереди ехали две машины нашей команды, состоящей преимущественно из техников. Мы ехали в третьей, последней машине. И если первые две почти незаметно укатили за дом, чтобы проникнуть в него с черного входа, то наше авто с тонированными стёклами тормознуло прямо у главного входа.
Вечеринка началась уже часа три как. Нам об этом сказал Глеб, который вышел на улицу самым первым. Толпа на день рождения Алекса собралась немаленькая, человек двести тут точно было, а то и больше. Они все тут же расступились, образуя проход от машины и к большой лестнице, ведущей в сам дом. Что меня удивило, так это то, что почти все они были примерного моего возраста. Никаких стариков или семейных пар с маленькими детьми, только молодежь.
Тэд вышел первым. При виде закутанной в темную ткань фигуры толпа не совсем поняла, что происходит. Они с недоумением проводили его взглядом, с точно таким же недоумением встретили и Хью, выбравшегося вторым.
Я уже было опечалилась, что мы слишком намудрили со своим появлением, но в эту же секунду из толпы послышался пронзительный вопль:
-Это же «Горящее облако»!
Что тут началось!
Толпа взорвалась криком радостного восторга. Вверх взлетели сотни рук, крик поднялся просто оглушительный. Их лица озарились улыбками, а глаза засияли.