-Регина? Да что у тебя происходит?!
-Все хорошо,- соврала я и не моргнув,- я не хочу с тобой говорить.
-Уверена?- он будто замер. Я перестала даже слышать его дыхание, а оттого и сама задержала его.
-Д-да,- голос предательски дрогнул.
-Хорошо,- подозрительно легко согласился он, а потом открылась дверь! В мою собственную спальню, на полу которой я сидела, размазывая слёзы по лицу! Могла бы размазывать макияж, да он водостойкий…
-Ты,- прошептала я потрясенно, глядя на него снизу вверх.
Перед глазами все предательски размывалось и кружилось. И вообще появилось чувство, что я сплю или головой ударилась. Или ещё что-нибудь, но никак не правда! Это не могла быть правда, просто не могла.
Но…
Но вот он стоит… а, нет, уже подлетает и падает передо мной на колени, заботливо обхватив лицо руками и с жалостью и нескрываемой виной заглядывая в глаза.
-Маленькая моя,- прошептал Алекс, у которого от переизбытка чувств тоже сил нормально говорить не осталось.
Я всхлипнула и принялась ещё усерднее утирать слёзы с красного лица, а потом вдруг локон упал мне на глаза… Рыжий локон.
Я с нескрываемым ужасом посмотрела на Алекса. Он поймал мой взгляд и каким-то невероятным образом сразу все понял.
-Тебе нужно было сразу сказать,- мягко произнес он и добавил с горечью,- а мне нужно было сразу догадаться.
Я промолчала, просто не зная, что сказать. А сказать хотелось многое. Очень многое. Алекс опять всё понял без слов, поднялся сам и поднял на ноги меня.
-Умывайся,- велел он мягко,- и спускайся на кухню, мы всё же поговорим.
Без возражений, я ушла в ванную. Там простояла очень долго, умывая лицо. Макияж отходил очень плохо даже с помощью пенок и масел, но я это всё же сделала. Затем, помня о том, что Алекс ждёт меня, завязала волосы в высокий рыжий длинный хвост, отлично понимая, что на то, чтобы смыть всю стойкую краску и приклеенные прядки, благодаря которым увеличилась длина волос, уйдёт катастрофически много времени. Приняла быстрый душ, также отметив, что хна не смылась, переоделась в прихваченную с собой одежду, серые широкие штаны и такого же цвета большую мне футболку, и из ванной вышла уже почти адекватным человеком.
Пока шла вниз, стараясь не думать о плохом, разглядывала многочисленные узоры на руках, отчетливо выделяющиеся на фоне светлой одежды.
Перед входом в кухню я замялась. В доме было тихо, очень тихо. А входить в кухню, откуда доносились приглушенные звуки возни, мне вдруг стало страшно и вообще… взгляд упал на входную дверь. Успею добежать, потом запру и выиграю себе фору…
Не успела.
Дверь на кухню резко распахнулась и я, дернувшись от неожиданности, уткнулась носом в пуговицы черной рубашки. Почти в ворот.
-Пришла,- мне показалось или Алекс облегченно выдохнул?
Не позволяя мне сбежать, он быстро подцепил меня за руку и уволок на кухню. Затем усадил на стул, в самые руки всунул горячую большую кружку вкусно пахнущего чая и сел напротив, тоже с чаем.
-Пей,- он грозно посмотрел на меня.
Я отвела виноватый взгляд.
-Пей,- повторил с нажимом.
Я послушно сделала глоток, едва не обжегшись, но взгляда так и не подняла.
Страшно было. И совестно. И вообще я себя виноватой чувствовала, а вместе с тем и винила его во многом.
-Мне нужно тебе всё объяснить,- вздохнул он, помолчав.
И как-то непроизвольно у меня вырвалось:
-Мне тоже.
И мы опять замолчали, не глядя друг на друга. Неловкость повисла в воздухе между нами, становясь всё плотнее и плотнее.
-Я люблю тебя,- внезапно, как мне показалось, даже для себя выдал Корнилов.
Я удивленно воззрилась на него, совершенно не ожидая услышать этих слов.
Любит?
Горячая лужица растеклась в моём сердце. Кажется, оно само растеклось от умиления, восторга и… благодарности, кажется.
Он перехватил мой взгляд и посмотрел в ответ с решимостью, будто хотел сказать, что ни за что не откажется от своих слов.