Сергей Борисович откуда-то набрался смелости, которой хватило на одно неуверенно-возмущенное:
-Студентка Петрова…
-Студентка!- рявкнула, перебив, подруга. Все вокруг стояли и внимали её речам,- А вот вы…
Она прищурилась, нехорошо так ткнув пальцем в сторону главного в этом лагере. Дяденька, и без того уже с сединками, кажется, поседел ещё больше. Он даже побледнел и сглотнул испуганно, но говорить больше не решался.
-Тс-с,- прошептал Алекс мне на самое ухо,- всё хорошо. Хочешь, мы уйдём?
Я не ответила ему. Я не хотела ему отвечать. Мне было удобно и так, сидеть на нём и смотреть на зелёную траву рядом с собой. А вокруг нас возвышались студенты, держась полукругом. Иногда я чувствовала на себе сочувствующие взгляды, пару раз кто-то из близстоящих говорил, что все будет хорошо и переживать мне не о чем.
Я им верила… кажется. Но не реагировала.
-Вы хоть понимаете, что за такое можете лишиться работы?- вкрадчиво, с нотками превосходства поинтересовалась Рита, вздернув остренький подбородок.
-Понимаем,- пролепетала согласно Ирина Рудольфовна, штатный медик, тоже решивший отдохнуть в лагере, а заодно и поработать.
-Очень замечательно,- рыкнула на ней моя зеленоволосая подруга.
У меня такое впечатление сложилось, что они её уже боятся больше, чем всех тех последствий, что могли бы и могут быть.
-Я спрашиваю у вас в последний раз: как вы объясните мне это возгорание?
Никто из них ничего не сказал. Наверно потому, что никто и не знал, как могла загореться комната на втором этаже. И тогда я решила подтвердить версию, уже гуляющую по устам, сказав негромко:
-Там кто-то был.
Голос мой был тихим, откровенно жалким и болезненно дрожащим. Кашлем я содрала горло и оно теперь болело. Обожженное запястье, к слову, обработали какой-то прохладной мазью и забинтовали – на время, сказав, что это только чтобы мазь не размазалась. Как маленькой, честное слово.
-Что?- негромко переспросил у меня Корнилов, чуть отстранившись.
-Что?- коршуном накинулась и Рита, мгновенно оказавшись у меня прямо перед лицом.
Сфокусировав на ней взгляд, я послушно повторила под всеобщее молчание:
-Там. Кто-то. Был.
Собравшийся тут целый лагерь взорвался репликами испуга и негодования. Кто-то, взяв дурной пример с Риты, начал орать на администраторов сей чудного отдыха, обвиняя их в том, что они не смогли наладить дисциплину.
-Кто?- очень мягко спросила Рита, тронув меня за руку.
И без того большими ясными глазами с расширенными сейчас зрачками она участливо заглянула мне в глаза, молча подталкивая к ответу. И я сказала то, о чём она уже и так догадывалась:
-Я не знаю, не видела. Только макушку.
-Опознать сможешь?- тут же зацепилась подруга за эту фразу.
-Совершенно непримечательную черную коротко стриженную макушку?- слабо хмыкнула я,- Да без проблем.
Рита недовольно поджала губы, отведя взгляд, но поделать уже ничего не могла, мы обе это отлично понимали. Помолчав немного, пока остальные разжигали новый скандал, а администрация и смотрители из студентов пытались держать порядок, подруга опять посмотрела мне прямо в глаза и сказала очень тихо:
-Валить отсюда надо.
-Нужно узнать, кто это сделал,- не согласился Алекс, сжав меня в объятиях чуть сильнее,- И что за парень её вытащил? Его толком никто и не разглядел, он слишком быстро убежал.
А я сама его даже не увидела. Когда смогла вытереть слёзы на глазах, мешающие смотреть, его уже не было. И я так и не сказала ему «спасибо».
-И как ты собираешься это узнавать?- не без мелкой насмешки поинтересовалась Рита, глядя теперь уже на него.
Алекс, прежде, чем ответить, чуть помедлил, скрипнул зубами и все же сказал:
-Узнаю. Как – моя проблема.
-Ну-ну,- с явным скепсисом покивала Ритка,- удачи. А мы пока свалим отсюда нафиг. А вот прямо сейчас.
-А вещи?- спохватилась я,- Должно же было что-то остаться?
-Ну,- призадумалась Рита,- из нашего много чего осталось, да, только залили всё. А у парней даже спасать нечего. Там Ваня слезами свои любимые наушнички заливает. Попросим кого-нибудь из девчонок вещи собрать, а сами – домой!