Честно скажу, смотреть на них мне было не сильно приятно. Даже если они просто брат и сестра. С какого перепуга она вот так виснет на моём Алексе?!
Губки этой прелестницы раскрылись и я услышала торопливую мелодичную трель на французском, радующую меня чисто эстетически. Как музыканту мне понравился её голос, очень… женственный, что ли. Именно с таким голосом я и представляю себе идеальную девушку.
Алекс отвечал ей на этом же прекрасном и, увы, неизвестном мне языке. Его голос как будто предстал передо мной в новом свете, необычном и завораживающем. Я расслышала в нём отчетливую хрипотцу и ту же самую мелодичность, что присутствовала у девушки.
Наконец, они отлипли друг от друга. Я всеми силами старалась не показывать, что мне неприятно смотреть на их объятия, а мысленно ругала себя за это. Ну, если же она сестра, то имеет полное право вести себя с ним как ей угодно.
-Регина,- позвал меня Алекс с широкой искренней улыбкой неподдельной радости, что я невольно улыбнулась ему в ответ, хоть и испытывала не самые приятные сейчас чувства,- Регина, знакомься, это моя сестра Жени.
Ха! Я так и знала, что это сестра! Но почему же ни он сам не рассказывал мне о ней, ни в новостях не говорилось? Я вообще в первый в жизни раз слышу о существовании у него сестры! Жени? Истинно французское имя. Но как же так? Неужели и сам Алекс из Франции? Но… как? Я его с первого класса знаю, неужели его в таком раннем возрасте отлучили от матери? Кошмар! Совсем не представляю, как можно жить без кого-то из родителей.
Алекс подозвал меня к себе жестом и я не нашла причин, чтобы не подойти к нему. Широкая ладонь парня легла мне на талию, прижимая к нему, и я почти сразу простила его чувственные объятия с сестрой.
-Жени,- обратился он к ней с обворожительной улыбкой,- это моя девушка Регина.
Я не успела задуматься о том, что Корнилов продолжил говорить на привычном мне языке, беловолосая красавица из сказки вновь разлепила свои розовые уста и с сияющим взглядом принялась что-то напевать. На самом деле, она, конечно же, говорила, но её речь все равно напоминала мне пение или перезвон колокольчиков.
-Жек, харе,- прервал её Алекс.
В первую секунду я и не поняла, что он сказал. Осознание пришло вместе с ответом Жени.
-Я Жени, кретин ограниченный,- фыркнула красавица, гордо вздернув носик и с достоинством глядя прямо в глаза брату. А затем, не дождавшись от него никакого раскаяния, она повернулась ко мне и совершенно серьезно спросила,- Он же ограниченный?
-Да,- не подумав, мгновенно согласилась я, вспомнив, что задала парню точно такой же вопрос, когда он уговаривал меня поехать с ним к маме, а я старательно отказывалась.
От воспоминания стало чуточку смешно и немного обидно. Чтобы скрыть последнее, я улыбнулась блондинке, стараясь выглядеть вежливой.
Её губы растянулись в легкой ответной улыбке, а мне была протянула миниатюрная ладонь с профессиональным маникюром серебристого цвета с выведенными на ногтях какими-то черно-белыми линиями.
-Приятно познакомиться, девушка Регина.
-И мне,- ответила ей искренне, осторожно сжимая ладонь.
И зря я боялась её сломать. Хрупкая на вид ручка оказалась удивительно крепкой и хваткой.
-Если ты не понравишься нашей маме, то чур на вашей свадьбе я выступаю свидетельницей,- совершенно спокойно и непринужденно заявила она тут же, повергнув меня в легкий шок.
То есть, если я маме не понравлюсь, то свадьбе точно быть? Об этом я и рискнула спросить у родственников. Алекс только загадочно улыбнулся и легонько подтолкнул меня к чужому авто. Жени же, обрадованная свободными ушами, принялась звонко тараторить, активно жестикулируя и шевеля бровями. Последнее меня несколько… удивляло и немного пугало. Никогда не видела, чтобы ими, бровями, так часто пользовались. Только для выражения сильных эмоций, удивления там, ужаса или недоумения. У Жени же они постоянно летали то вверх, то вниз. Может, она просто очень эмоциональная?