Увиденное мне не нравилось. Вся территория будто была овеяна богатством и превосходством. Каждая деталь здесь буквально кричала что-то вроде «я безумно дорогая!». И мне это не нравилось.
И уже заранее не нравилась мать Алекса. Если его сестра была забавной, то вот мама… Да еще и те невесты, о которых он предупреждал…
Но всё оказалось ещё хуже.
Мы покинули автомобиль и пошли по дорожке прямо к дому, слушая взволнованный лепет Жени по поводу того, что мы можем опоздать. Дверь дома открылась сама, когда мы были на полпути к ней.
Мое сердце пропустило удар, испугавшись того, что я могу увидеть.
А потом перестало биться и вовсе.
На порог вальяжной походкой победителя вышел Яр.
37. Чужие секреты
-Демоны вокруг тебя, о-оу, о-оу,- напевая себе под нос, этот ужасный человек, пританцовывая, спустился по лестнице и пошел навстречу нам, глядя при этом ровно мне в глаза,- приглядись, демоны – твои друзья.
Я замерла. Сбилась с шага, затем и вовсе отказалась продолжать движение, остановившись посреди тропинки и во все глаза уставившись на это… на это существо. Назвать Яра человеком у меня не повернется язык.
Страх холодными иглами пронзил все тело, воткнув напоследок самую толстую иглу в мое горло, чтобы я не могла даже вздохнуть. И я не дышала, широко распахнутыми глазами уставившись на приближающегося урода.
Как всегда безупречен: приталенный серебристый костюм, зализанные темные волосы, в правом ухе прокол. На пухловатых губах похабная ухмылка, маленькие темные глазки горят нездоровым блеском злого смеха. Дай ему возможность и он с радостью продаст твою душу дьяволу. За повышенную сумму он ее, душу, самолично вилкой через пупок выковорит, улыбаясь при этом так, будто ты его лучший друг.
-Регина?- не мог не заметить моего поведения Алекс, чуть нахмурившись.
Жени, собиравшаяся было что-то сказать Яру, повернулась в нашу сторону и наградила меня недоумевающе-взволнованным взглядом.
Яр не реагировал ни на него, ни на нее. Он продолжал приближаться медленно, как ледник к печально известному кораблю, обольстительно улыбаться и напевать неслышно себе под нос слова песни. Те самые слова, эхом отдающиеся в моей голове.
-Демоны уже внутри,- шепнул он, чуть склонившись ко мне, а затем захохотал. Громко, жутко и издевательски.
Я невольно вздрогнула, боясь даже шевельнуться, пока он здесь. Корнилов перепугался ни на шутку. Загородив собой Яра, он положил обе ладони на мои плечи, чуть встряхнув.
-Регина, посмотри на меня,- потребовал он негромко, но чувственно.
Конец. Это конец. Мне, Алексу, Жени, всему Парижу и всему миру. Этот человек не мог появиться здесь просто так. Он никогда ничего не делает просто так. Для каждого его шага существует только ему известный коварный план, в котором он – царь и бог, а остальные должны плясать под его дудку.
-Регина! Скажи мне, что происходит!
А что происходит? Явился мой личный ночной кошмар. Да что там ночной – это кошмар круглосуточный, постоянный, вечный и бессмертный.
Можно мне домой, пожалуйста?
В голове зловещее эхо продолжало хохотать, остужая мою кровь со скоростью один градус в две секунды. А если я умру, он оставит меня в покое? Что вообще он здесь забыл? Какого черта явился?
«Демоны вокруг тебя, приглядись, демоны – твои друзья». Почему он пел именно это? Почему пел песню из нашего первого альбома? На что он намекал? На демонов или на то, что наша группа и существует только благодаря ему? Я не знаю. Я ничего не знаю. И мне страшно, ужасно страшно.
-Регина!
-Да хватит орать,- устало попросила я и в ответ услышала полный нескрываемого облегчения выдох.
На эмоциях Алекс взял руками моё лицо и уткнулся лбом в мой лоб, прикрыв глаза.
Бедный мальчик, мне тебя так жаль. Надеюсь, этот подлый урод ничего тебе не сделает, а если да, то… То мне останется только смириться. Я повязана по рукам и ногам и совершенно ничего не могу поделать. Поэтому, пожалуйста, Алекс, сделай так, чтобы с тобой ничего не случилось. Я не переживу этого, слышишь?