Алекс, незаметно для остальных, дотронулся своим коленом до моей ноги. Не знаю, что он хотел сказать этим, но я по непонятным для себя причинам тут же успокоилась.
-Мне до этого нет совершенно никакого дела,- сдержанно отвечала я хозяйке торжества.
Они с Яром с равным интересом посмотрели на меня, ожидая продолжения и наверняка уже готовя фразы в духе «дура» и «идиотка», чтобы так незамысловато выразить своё мнение по отношению к моим словам, да и ко мне тоже.
Но не могу же я молчать!
-Раз Алекс ничего мне не рассказывал, значит данная тема для него более неважна и он даже не хочет тратить на неё время. Если будет необходимость, он расскажет мне об этом позже,- я глянула на парня, нежно мне улыбающегося,- да?
-Конечно,- легко согласился он.
Жаль, что в его матери не было и меньшей доли того благоразумия, что присутствовало в самом Корниловом.
-Юношеский максимализм,- небрежно бросила она, обменявшись взглядом с Яром, которого считала своим единомышленником,- детки не понимают, о чём говорят. Милые мои, тайны до добра не доводят, запомните мои слова. Раз Алекс ничего тебе не рассказал, дорогая, значит, и не собирался, а теперь будет вынужден, потому что ты узнала, что у него есть тайна.
Даже если в её словах присутствовало благоразумие, я не пожелала её услышать только потому, что это сказала именно она.
Трапеза, напряженная и откровенно мне не нравящаяся, потянулась дальше в два раза медленнее и скучнее. Недовольство и злость Алекса с каждым мгновением увеличивались. Это заметила, кажется, только я, сидящая совсем рядом. Его мать и Ярослав были заняты тем, что нашли какую-то новую тему для обсуждения, Жени вообще старалась помалкивать и выглядеть максимально незаметной, чтобы о ней самой вдруг говорить не стали.
Убедившись, что ни Анели, ни Яр на меня не смотрят, я незаметно для них опустила ладонь под стол, положив её на ногу Алекса. Парень вздрогнул от неожиданности и перевел на меня какой-то болезненный сейчас взгляд. У меня от этого взгляда внутри что-то сжалось настолько сильно и больно, что, не выдержав, лопнуло и разлетелось на миллион мельчайших острых осколков, ранящих все органы, попадающиеся на пути.
С трудом подавив в себе этот странный порыв отчаяния, я ободряюще улыбнулась парню, желая прямо сейчас обнять его, прижать к себе и заверить в том, что все хорошо. Мне самой хотелось в это верить. Какая-то частичка меня желала, чтобы именно меня вот так обняли и убедили в хорошем исходе всех неприятностей.
Ведь, если подумать, что такое эти неприятности? Текущие проблемы, которые обязательно решаться, нужно только постараться. И не произошло с нами ещё ничего такого, от чего можно было бы ставить на себе крест.
Я говорила, что нужно будет расстаться с Алексом, когда мы вернемся домой. Я действительно полагала, что так будет правильно и для него, и для меня. Но сейчас я, кажется, передумала.
Глупая.
Или нет?
Вдруг это наш шанс на счастливую жизнь? Ведь ничего не бывает просто так и ничего нельзя добиться без усилий. Что, если Алекс, как я и мечтала, тот «самый» человек? Мой человек. И если я отвергну его, то лишу и себя, и его счастья.
Эти двое неправы: любовь – не иллюзия и не бред. Они и сами это понимают. Просто ещё или не встретили того единственного, или обстоятельства разлучили их. Незнание или разочарование.
Любовь. Что же это такое?
Любовь – это бабочки в животе и тараканы в голове. Когда ты готов петь от переполняющих тебя эмоций и когда не можешь сосредоточиться на чём-то, потому что все мысли посвящены ему или ей.
Любовь – когда ты готов ради него на всё.
Когда ты можешь простить ему всё на свете и помочь в любой момент.
Когда не видишь его недостатков.
Когда его взгляд или голос дарует тебе невероятную силу и тебе кажется, что ты можешь горы свернуть.
Чувствую ли я всё это по отношению к Алексу? Не знаю… Наверно.
У меня внутри все цветет, когда он прикасается ко мне. И всё горит, когда я вижу, что ему плохо.
Алекс перехватил мою ладонь, переплетя наши пальцы. И улыбнулся благодарно. Я улыбнулась ему в ответ.