- Выходи, подлый трус! Я решил не убивать тебя. Пока… Дверь в библиотеку медленно приотворилась, и в щелочку осторожно выглянул Тимур, - Афанасий, у этого, - он кивнул на Знахаря, - у него приступ бешенства прошел? Афанасий ничего не ответил, и только улыбнулся так, что все его лицо собралось в мелкие морщинки. А Знахарь подскочил к Тимуру и аккуратно дал ему по уху. Будешь знать, как нарушать мои распоряжения! Слушаюсь, ваше благородие! - ответил Тимур и технично дал Знахарю по ребрам. Знахаря слегка перекосило, а Тимур, скривившись, стал растирать ухо. А мне и не больно! - радостно объявил он. - Уши, равно как и нос, отбиты уже давно, так что бей не бей… Мозги у тебя отбиты,… - пробурчал Знахарь, выпрямившись. Давай пиво неси! Яэоль, майн фюрер! - ответил Тимур и направился к холодильнику, на котором жирным фломастером было написано «Розенлев». Усевшись вокруг стола, Знахарь, Тимур и Афанасий с довольным видом оглядели друг друга и остались довольны увиденным. Перед Знахарем и Тимуром стояло по бутылке пива, а непьющий Афанасий держал в руках большую дымящуюся кружку с таежным чаем, - Ну, - сказал Знахарь, наливая себе пиво, - давай рассказывай, как ты дошел до жизни такой. Афанасий пожал плечами и ответил:
- Однако ничего особенного. Знахарь поморщился и сказал: А можно без этого чукотского «однакоЯ ведь знаю, что ты вполне можешь говорить нормальным литературным языком, Однако могу, - ответил Афанасий, и все засмеялись. Вот и давай, - кивнул Знахарь. Афанасий отхлебнул душистого чаю и сказал: Ну что тут рассказывать… Сижу я дома, на фазенде нашей, то есть, извини, на твоей. А какая теперь разница? -усмехнулся Знахарь. - Нет фазенды, значит, и хозяев никаких нет. Ладно, - согласился Афанасий, - сижу, значит, чай пью… Вдруг стучат. Я удивился, почему это собачки не залаяли, наверное, свой пришел… Открываю - а на пороге… Афанасий посмотрел на Тимура, и тот, довольно прищурившись, сказал Знахарю: Ты за стул покрепче держись. А на пороге, - повторил Афанасий, - наш друг и товарищ Савелий Андреевич Штерн. Ни хрена себе! - Знахарь вытаращился на Афанасия. - То есть как это? А вот так, - Афанасий пожал плечами, - живой и здоровый. А в руках у него автомат с глушителем, и он этим глушителем мне в живот тычет и говорит: здравствуй, мол, чурбан косорылый. Я ему за спину заглянул, а собачки у ворот убитые лежат. Афанасий приложился к чаю и продолжил: Затолкал он меня а дом, привязал к стулу… А что я могу поделать против ствола? Я же не Терминатор, не железный… Привязал, уселся на диван и говорит: пришел, говорит, конец этому вашему курорту. Я, говорит, Мишка, вашему терему крышка. И смеется, гад. Вот где гад! - Тимур посмотрел на Знахаря. - А ты говоришь, что гад - это я. Да еще ползучий. Знахарь отмахнулся и сказал: Ну а дальше что? Дальше там много чего было, - ответил Афанасий. - Ну, ударил он меня несколько раз… Здоровый, черт! Потом разговоры всякие были. Я своими словами расскажу. Давай своими, - кивнул Знахарь и налил себе еще пива. В общем, он мне рассказал, как Семен…, Помнишь его? Конечно, помню, - обиделся Знахарь. - Что же я, совсем, что ли? Ну, не то чтобы совсем… - встрял Тимур. Убью на месте! Молчу, начальник, молчу… Так что Семен? - нетерпеливо спросил Знахарь. Когда мы оставили Штерна в тайге, Семен вернулся к нему, а потом мы услышали выстрел. Точно, - кивнул Знахарь, - так и было. А ведь никто из нас не поинтересовался, куда он стрелял. Да и потом мы вообще дружно обходили эту тему. - Да… - задумчиво сказал Знахарь. Так вот, Семен выстрелил в воздух. А Штерна он освободил. Ну, не совсем, а просто разрезал ему веревку на одной руке. Штерн через пару часов развязался полностью и к утру добрался до какого-то там хутора. У него хватило ума не появляться в части и сделать вид, что он пропал без вести. Он мне, между прочим, рассказал, что сам он парень непростой, и связи у него есть, и возможности всякие… Так это он с нами из Москвы в самолете летел! - догадался Знахарь, Да, именно он, - кивнул Афанасий, - и именно он организовал вашу задержку в аэропорту. У него там в службе безопасности приятели есть, так что никаких проблем не возникло. А сам быстренько добрался до твоей фазенды и… И скрутил меня. Ловкий, однако… - Знахарь недобро сузил глаза. Да, ловкий, - подтвердил Афанасий, - рассказал он мне все это, а потом говорит: пора костерчик разводить. Вывел меня во двор, привязал к воротам, а сам давай дом соляркой поливать. Поливает и на часы посматривает. Вот, говорит, через полчасика можно будет поджигать. Твои дружки как раз до пристани доберутся. - Сука… пробормотал Знахарь. Афанасий пожал плечами и сказал: Может быть, он и сука, но теперь я точно знаю, что мы недооценили этого человека. Он силен, опасен и коварен, поверь мне. Верю, - вздохнул Знахарь, - ох, верю… И зачем Семен тогда отвязал его? А Штерн рассказал, о чем они там говорили, Семен отвязал его и сказал, что сделал это потому, что он не такой, как Штерн, А лично мое мнение такое: оставлять его привязанным действительно было слишком… Нужно было просто убить его. Возможно… Не возможно, а точно, - уверенно сказал Афанасий, и Знахарь с удивлением посмотрел на него. Интересно заговорил наш гуманист… - Знахарь криво улыбнулся. А кто тебе сказал, что я гуманист? - удивился Афанасий. - Вы какие-то странные вещи говорите, профессор… Тимур захохотал, а Знахарь, недовольно повертев в руках пустой стакан, сказал:
- Чем ржать, лучше бы пива еще принес. Тимур, посмеиваясь, поднялся из-за стола, а Афанасий вздохнул: Гуманиста нашли… В общем, смотрел он часы, смотрел, а потом и говорит: пора, мол. И поджег дом. А меня загнал в моторку, и мы уплыли в Томск. Вас, между прочим, видели. Штерн, как ваш катер километра за три услышал, так быстренько к берегу свернул и ствол к моей голове приставил. Только вякнешь, говорит, я тебе в башке сквозняк устрою. Ну я и молчал. А вы так гордо и быстро пролетели… Наверное, мы уже увидели дым и поэтому спешили, - предположил Знахарь. Наверное… Дым-то уже высоко поднялся. А потом? - Знахарь принял от Тимура бутылку пива и поблагодарил его кивком. Потом… А что было потом, ты, в общем, знаешь. Он держал меня в том доме, уходил, приходил… А потом позвонил тебе, и дальше тебе все известно. Однако. А он уже знает, что тебя нет на месте? Наверное, - Афанасий пожал плечами, - А сколько времени прошло? С того момента, как я перекинул дипломат через забор… - Знахарь посмотрел на часы, - ровно полчаса. Он перекинул дипломат с миллионом долларов через какой-то вонючий забор! - заныл Тимур. - Ах, как меня разбирает жаба! Заткнись, огрызнулся Знахарь, - а то я тебя сейчас перекину. Слабо! - заявил Тимур и пошевелил широкими плечами. - Ты за последнее время опустился, разжирел и отрастил третий подбородок. То есть как это третий? - изумился Знахарь. - Это что - значит, второй у меня уже был? Он вскочил и, подбежав к большому зеркалу, попытался увидеть себя в профиль. Ах, как он забеспокоился! - ехидно заметил Тимур, - Как его, бедного, заколбасило! Сейчас тебя заколбасит, угрожающе сказал Знахарь и встал в стойку. - А ну, давай поднимайся, и я тебе покажу третий подбородок! А зачем мне подниматься? - сказал смеясь Тимур. - Я его и так, со стула, вижу. Знахарь встал в другую стойку и поманил Тимура жестом Брюса Ли. Тимур неторопливо выбрался из-за стола, но в этот момент зазвонил телео^он. Все застыли, как в игре «Море волнуется», и Тимур сказал: Это Штерн. Больше некому. Знахарь кивнул и ответил: Раз ты такой умный, то сними трубку. Пожалуйста! Тимур пренебрежительно пожал плечами и, сняв трубку, жеманно сказал в нее: Ххххал-лоооуу? Уже знакомый голос ответил: А вы резвые ребята. Ну что же, я не возражаю. Деньги у меня, но этот раунд все-таки за вами. Признаю. Поэтому начинаем следующий. И как же он начнется? Он начнется со звонка в дверь. Передай своему хозяину, что к вам едут очень заинтересованные лица. Я передал им адресочек. Кстати сказать, только я знал, где вы ховаетесь. Ну а теперь и другие знают. Про обе ваши квартирки. У вас минут пятнадцать, от силы - двадцать. А потом мы снова встретимся. Ауфвидерзейн! Знахарь, который слушал разговор по параллельному аппарату, бросил трубку и сказал: