Сэм продолжает выкрикивать что-то, и даже, с большой вероятностью, просит о чем-то, но его это не заботит. Это так хорошо, так сильно, и его член беспрестанно течет смазкой, зажатый между их тел, но трения недостаточно, чтобы кончить. Дин, должно быть, понимает это, потому как убирает одну руку с бедер Сэма и окружает ею Сэмов член.
— Хочешь кончить, Сэмми?
Сэм кивает, не способный сказать что-либо вслух. Не тогда, когда губы Дина прижаты к его, а Динов член скользит прямо по простате.
Дин начинает поглаживать его в том же ритме, с каким трахает, Сэм откидывает голову и выкрикивает имя брата, прежде чем кончить, пачкая Дину руку и их тела. Дин продолжает трахать его после оргазма, и Сэм чувствует, как непроизвольно сжимает собою Дина. Тот тоже кричит его имя и выплескивается внутрь Сэма.
Дин откатывается в сторону, не желая причинить вред ребенку, лежа сверху Сэма.
— Черт, — говорит Сэм, пытаясь выровнять дыхание.
— Ага, — Дин смеется и притягивает Сэма в объятия, — Это было очешуенно!
— Идеально.
На мгновенье воцаряется тишина, и они просто лежат, лениво обмениваясь поцелуями, но потом Дин убирает тот беспорядок, что они учинили, и накрывает их одеялом.
Они лежат, обернувшись один вокруг другого. Сэм — маленькая ложечка (1), и Дин обнимает его, одной рукой лаская живот, а второй держит голову Сэма.
— Сэмми?
— Хмм, — отвечает Сэм, уже готовый провалиться в сон. Он чувствует, что брат едва сдерживает смех, прижимаясь губами к его голове.
— Как думаешь, теперь ты залетел?
Дин взрывается хохотом, когда Сэм швыряет подушку ему в лицо.
========== Глава 16 ==========
— Как вы видите, окна имеют двойной стеклопакет, что действительно очень важно.
Леди все продолжает и продолжает говорить, но Сэм перестал слушать уже очень давно. Они осматривают дом в Сан-Франциско, и, даже если дом прекрасный, он знает, что они не могут позволить себе его. Здесь добропорядочные соседи, цветы вдоль улицы и дети, играющие на подъездных дорожках. Сэм видел, каким взглядом окинула его риэлтор, когда они только пришли, как она косилась на его огромный-огромный живот.
Он шестнадцатилетний беременный пацан, да и Дин все еще недостаточно взрослый. Это была тупая идея, они не смогут заботиться о ребенке, не смогут купить дом, не смогут ничего. Он не знает даже, как сменить подгузник, а ребенок родится уже через меньше, чем четыре месяца.
И, как будто всего этого недостаточно, его живот горит, а ноги словно столбы.
— Дин, что мы вообще здесь делаем? — шипит брату Сэм, стоит им остаться одним, — Мы не можем позволить себе этого. Мы попусту теряем время! Прошли уже недели, а мы только и делали, что смотрели на дорогущие дома.
— Да, и что с того? Будем растить нашего ребенка в мотельном номере?
— Нет, но мы должны найти что-то, что соответствовало бы нашему бюджету.
— Места, соответствующие нашему бюджету, это не те места, в которых мы хотели бы растить нашего ребенка.
— У нас нет выбора! — кричит Сэм, всплескивая руками, — У нас нет гребаного выбора. Мы и так уже отстаем. Мы уже должны планировать детскую, мы пропустили встречу с доктором, я не зарегистрирован в школе, а у тебя нет работы! И все, что мы делаем, это осматриваем дома, которые не можем купить?
Дин стискивает челюсти, его глаза полны злости и, наверное, боли — Сэм не берется утверждать, он слишком зол, чтобы обращать внимание на чувства Дина.
— Джентльмены? Проблема?
— Нет, — отвечают они, даже не глядя на нее. Леди — Миранда или как-то так — неловко улыбается, прежде чем покинуть комнату.
— Я стараюсь делать правильные вещи, Сэм.
— Да? Хорошо, а я пытаюсь быть реалистом. Мы ни черта не знаем о том, что делаем, и у нас нет плана.
— У нас есть план! Наш план — это обеспечить нашему ребенку хорошую жизнь. Чтобы у тебя была хорошая жизнь!
— Как у нас может быть хорошая жизнь, если у нас нет даже дома?!
— Ты не думаешь, что я пытаюсь? — спрашивает Дин, поднимаясь со стула. Сэм хотел бы встать, но он не может сделать это прямо сейчас, — Я надрывал жопу на разных дерьмовых работах, чтобы мы могли позволить себе что-нибудь. Я заботился о тебе, даже когда не знал, что это мой ребенок. Ты ведешь себя, как будто мне насрать, тогда как это единственное, о чем я могу думать. Я не хочу, чтобы ты и малыш жили дерьмовой жизнью, но это чертовски сложно, Сэм! Я тоже не знаю, что нам делать!
Пять месяцев назад Сэм бы, вероятно, накричал в ответ, или искал бы решение, что угодно, но не заплакал бы, как это случилось сейчас.
Дин подскакивает к нему в одно мгновение, притягивая его в свои руки и укачивая, словно малыша. Почему он такой? Будто бы его тело и мозг больше не подчиняются ему.
— Тише, Сэмми. Все будет в порядке, я обещаю. С нами все будет в порядке.
— Я ужасен, — Сэм вытирает нос о рубашку Дина, — Прости, ты удивительный, а я так груб с тобой.
— Хэй, нет, ты не такой, — Дин берет его голову в свои руки, вытирая слезы, — Это нормально. И ты прав, нам нужно поторопиться. Но я… Я просто хочу всего лучшего для вас двоих.
Сэм ближе прислоняется к Дину, закрывая глаза и наслаждаясь теплом кожи его брата. Он перестал плакать, но он чувствует себя настолько истощенным, что не может сконцентрироваться на словах Дина.
— Мы можем вернуться в отель? Я устал, — шепчет он, обнимая брата.
— Конечно, Сэмми.
Сэм настолько устал, что даже не замечает, ни как Дин отводит его к машине, ни как они приезжают в отель. Дин даже раздевает его, прежде чем уложить в постель и уютно устроить среди одеял.
Ему тепло и комфортно, и последняя вещь, которую фиксирует его засыпающий мозг — это Дин, перебирающий ему волосы и говорящий о записи на прием к доктору.
Он просыпается тремя часами позже, все еще вымотанный, но же чувствующий себя получше. Сперва он идет в ванную и плещет там себе в лицо водой, прежде чем поднять взгляд на зеркало. У него пара новых прыщей на лице, и он не знает, это из-за беременности или из-за пубертатного периода.
Теперь он может поразмыслить спокойно, и ему стыдно из-за того, как он отреагировал ранее. Дин старается изо всех сил, Сэм знает это, и, если уж быть полностью честным с собою, Дин проделывает действительно отличную работу. Массажирует ли он ему ноги, обувает ли он Сэма, смотрит ли с ним нудные документальные фильмы — Дин делает все это без малейшей жалобы. Дин даже находит деньги на настоящие отели, чтобы Сэм мог расслабляться с комфортом. Также, сейчас все равно каникулы, так что он не пропускает никакие уроки.
Дин, должно быть, сейчас чувствует такое давление на себе, а Сэм даже не поинтересовался, как он себя чувствует, или как справляется со всем.
Он выныривает из своих мыслей, когда в комнату входит Дин.
— Привет, — говорит Сэм, неловко переминаясь у двери ванной комнаты.
— Привет, ты чувствуешь себя лучше?
— Ага, спасибо.
Дин улыбается, прежде чем подойти и сгрести Сэма в объятия. Сэм вздыхает от облегчения, только теперь осознавая, насколько беспокоился, что Дин разозлится на него. В его защиту, Дина не было в комнате, когда Сэм проснулся, что ему было думать?