– Так следи на здоровье, – зевнул Миша (Анн Хари). – Хуже-то всяко не будет. Просто можно и не следить. Но ты делай, как тебе нравится. Всегда надо делать, как нравится. А то зачем вообще было идти в Ловцы.
– Ты понимаешь, – просиял Тим (и Та Ола). – Вот спасибо тебе!
– На самом деле, это тебе спасибо, – сказал Миша, закрывая глаза. – Я недавно сопоставил все факты и наконец-то дотумкал, что эта наша история с книгами с тебя началась. С твоих находок в этом их дурном интернете… Ладно, раз там нужные книги нашлись, не дурном. Прости, дорогой. И передай своему интернету: я раскаиваюсь! Постараюсь больше не обзываться. Он полезный. Бывает. Изредка. В хороших руках.
Тим взял с полки роутер, поднёс к лицу и совершенно серьёзно сказал:
– Уважаемый интернет, у нас тут Миша раскаялся. Понял, что ты полезный. Не серчай на него, он отличный чувак.
Положил прибор на место и добавил, теперь обращаясь к Мише:
– Я сам на крыльях летаю, когда вспоминаю, что всё это с меня началось. Понятно, что судьба есть судьба, мы – только её инструменты. Но я – ужасно счастливый, удачливый молоток!
Тот кивнул, улыбнулся, повернулся на бок. Сказал:
– Ты шуми, сколько влезет. Серьёзно. Я люблю спать под всякий житейский шум. Это как будто папа с работы вернулся под утро. Или в моей мастерской собралась большая компания, а я перед этим так упахался, что посреди разговора уснул. Или Сашка печёт нам на завтрак чёрствые корки, он почему-то так называет свои обалденные пироги. Или поезд остановился на станции, в вагоне суетятся попутчики, выгружают тяжёлые чемоданы, а я дрыхну в купе и знаю, что мне ещё очень нескоро, аж, например, послезавтра предстоит выходить.
– Я совсем ненадолго, – сказал Анн Хари. – Только вас с Образом Жизни обнять. Потом смотаюсь по делу и назад в ТХ-19. Не жизнь, а какой-то аврал.
– Но тебе явно нравится, – заметил Ший Корай Аранах, наливая воду в кофейник.
– Нравится – не то слово.
– Тогда хорошо. Попьёшь со мной кофе?
– Ещё бы. Можно сказать, затем и пришёл. А! Ещё принёс тебе пачку несбывшихся книг. Это серия про историю литературы, музыки, кино и других искусств. Просто популярный нон-фикшен. Отлично написан, читается практически как детектив. Нашёл в мастерской на полке и вспомнил, как читал эти книги, чтобы поскорей разобраться, что тут у них за несбывшийся мир, не пора ли мне делать ноги. И из-за них – понятно, не только, отчасти – так сильно его полюбил. И ты теперь ещё больше полюбишь, уж настолько я твои вкусы знаю. Да, это насильственное вмешательство в твою эмоциональную жизнь. Но им очень надо. Нам очень надо. Прости.
– Тебя там точно не подменили? – усмехнулся Ший Корай Аранах. – Не успел я привыкнуть, что ты перестал орать по любому поводу и чуть что разбивать телефон, а ты уже научился вежливо извиняться даже за сделанное добро.
– Вы все как сговорились. Скандалы вам подавай. А мне просто стало некем скандалить. Нету больше беспричинно несчастного дурака, который и рад бы взять своё счастье, да нечем, вместо сердца голодная бездна, дыра. Всё мне было не так, и всё не на месте, вечно чего-нибудь не хватало. Там, в несбывшемся Вильнюсе – Лейна, нашего зеркального неба, скороспелой черешни, тёплого ветра с моря и, чего уж, тебя. Здесь – всего, о чём я не помнил. Но «не помнить» не означает «не знать». А теперь всё в порядке. Хватает. Не так уж много мне надо. Оказалось, достаточно две судьбы. Чтобы ночью напиться с давним другом в несбывшемся, утром отнять у ангела пирожки, днём отоспаться в ТХ-19, а под вечер к тебе вломиться. И кофе дома наконец-то спокойно попить.
Дилани Ана сидела за столом, заваленном книгами и бумагам, с таким обречённым лицом, словно все они повествовали об апокалипсисе, который вот-вот начнётся, и сделать с этим нельзя уже ничего.
Услышав, что к ней вошли, она ещё больше нахмурилась, но увидев Анн Хари, просветлела лицом. Сказала:
– Если Тэко Машши однажды позовёт тебя в заместители, не соглашайся. Никогда. Ни за что.
– Я в безопасности, – заверил её Анн Хари. – Тэко Машши в людях будь здоров разбирается. Так что не позовёт. Но ты, я уверен, справишься. Теперь тебе будет легко.
– Вот спасибо! – Дилани Ана всплеснула руками. – Сказал почти невозможное и даже в обморок не упал!
– Сказать, кстати, было проще простого, – пожал плечами Анн Хари. – Из чего можно сделать вывод, что ты и сама, без моих пожеланий крута. Вообще с чем угодно справишься. А то была просто минута слабости. И уже прошла навсегда. Прости, дорогая, что отвлекаю. У меня очень важное дело. Но сначала вопрос. Вы в своей школе в виде рыбы-дракона, когда влюблялись, писали друг другу записки? И просили кого-нибудь их передать?