• Что мы знаем об этой книге?
Что писать её вовсе без плана – так себе развлечение. Примерно как составлять узоры из бабочек, уговаривая их спокойно сидеть на месте, не улетать. Но бабочки улетают, и всё, что мне остаётся, – описывать их полёт. Как они поднимаются выше и выше и предсказуемо улетают за горизонт.
Лейн, лето второго года Этера
– Слушай, да вообще не проблема, – улыбнулся Анн Хари, отдавая ключи. – Я как раз хочу побыть дома подольше. У меня здесь кошка. И садовый гамак. И длиннющий список кофеен, куда я аж с прошлого года не заходил. И в море, говорят, уже можно купаться, вода наконец-то нормально прогрелась. Вот завтра и поглядим. А если мне вдруг припечёт срочно вернуться в Вильнюс, сниму номер в отеле.
– В отеле? – скривился Та Ола. – Это не дело.
– Да нормально. А то я раньше в отелях не жил. У тебя, кто бы спорил, лучше. Как будто из Лейна не уходил. Но это вообще-то твоя квартира. Ты имеешь полное право там жить.
– Имею, – согласился Та Ола. – Но не живу почему-то. В последний раз ещё в прошлом году там был. Столько возни с изданием Юратиных книг! Вот скажи мне, как ты справляешься?
– Было бы с чем справляться. Всех хлопот – доехать из Козни до центра, забрать в издательстве гонорар и вернуться домой. Но мне нравится ездить в трамвае, а Белый ходит строго по расписанию, раз в полчаса.
– Ты что, переводы не редактируешь? Даже не проверяешь?
– Нет.
– Но как же?.. – начал было Та Ола. Осёкся, махнул рукой, рассмеялся: – Что-то я, знаешь, не понимаю, это ты дурак или мы?
– Так никто не дурак, – серьёзно ответил Анн Хари. – Вы всё правильно делаете. И я тоже правильно. Просто у нас книги из разных источников. Поэтому нужен разный подход.
– Как – из разных источников? – опешил Та Ола. – Разве тебе не Юрате книги даёт?
– Нет. Я сам их беру. В той реальности, где вы вчетвером ели пиццу. Я там по книжным лавкам хожу.
– Вот это номер! – присвистнул Та Ола. – Я не знал.
– Потому что я не рассказывал. В моём положении рассказывать – только дразниться. Если бы я мог брать с собой кого захочу, обязательно вас бы позвал. Мне же не жалко. Наоборот. Ваша помощь не помешала бы. Времени мало, а надо смотреть, читать, разбираться, чтобы не тащить всё подряд. Но у меня только с Шала Ханом один раз получилось. Встретил его случайно на улице, и вдруг почувствовал, что сейчас его проведу. Но мы там всего часа полтора погуляли. В книжную лавку зайти не успели. Я о книгах тогда даже не вспомнил. Жалею об этом теперь. У Шала Хана чутьё изумительное. Наверняка нашёл бы на какой-нибудь дальней полке незамеченный мной шедевр.
– Ясно, – вздохнул Та Ола. – Но это не объясняет, почему тебя не волнует качество переводов, аннотации и обложки. Всё-таки это важно, как ни крути.
– Обычно важно, – согласился Анн Хари. – Но эти книги – несбывшиеся. Несуществующие. Невозможные. Вполне достаточно просто их сюда принести и отдать любому издателю. Достаточно для окончательного овеществления, я имею в виду. А всё остальное меня не особо волнует. Как эти книги переведут, какие будут обложки, как их примут читатели, для дела совершенно неважно. Лишь бы эти невозможные книги утвердились, сбылись. У вас-то совсем другая ситуация. Юрате даёт вам книги, написанные в ТХ-19. Те, в которых эхом несбывшейся вероятности звучат наши… их голоса. Надо, чтобы при переводе эти голоса не заглохли, не потерялись. Чтобы все читатели явственно ощутили отличие от привычной литературы ТХ-19 и были очарованы им. Задача почти неподъёмная, но вы с ней справляетесь, судя по книгам, которые я уже прочитал.
– Теперь, наверное, понимаю, – кивнул Та Ола. – Но я бы на твоём месте не удержался, всё равно бы рвался контролировать процесс.
– Так они сами.
– Кто – они?
– Да книги, конечно. Сами распрекрасно всё контролируют. Я прочитал несколько переведённых фрагментов. Не то что я, Шала Хан не сделал бы лучше. Потому что некуда лучше. И так безупречно. И аннотации мне показывали. И эскизы к обложкам. Идеальные, с первой попытки, нечего исправлять. Так не бывает! Но именно так и должно быть. Я с самого начала не сомневался, что эти книги справятся сами. У них мощная воля к осуществлению. Похоже, они обладают силой, похожей на силу слова адрэле. Лучше не могу объяснить.
– Ничего, мне понятно, – улыбнулся Та Ола. – Страшно тебе завидую! И очень хочу почитать.