Сияющая Мария чмокнула его в щёку и, подхватив плащ, бросилась за дверь вслед Саше. Севастьян с улыбкой покачал головой, слушая радостные возгласы братьев и супруги, которые постепенно стали удаляться, пока не исчезли на лестнице. И почему он ведётся на её глаза, кто знает?
На улице было так тепло, что Мария несколько пожалела о том, что надела плащ, но близнецы, которые явно об отдыхе думать не хотели, не дали ей остановиться для передышки, и вся компания дружно подбежала к дереву. Рыжий, противно шипящий кот явно почувствовал, что его пришли снимать и ощетинился. Мария, Александр и близнецы переглянулись.
— Ну, и что делать будем? — прозвучал вопрос, который так мучил всех их.
— Может, выманить? — Элдор скривился, услышав повторное шипение кота.
— Интересно, чем?
— Ну, не знаю… на кухне что-то стащить…
— Ага, чтобы потом мама нам на полторы недели арест устроила? — Александр улыбнулся. — Нет уж, увольте.
— Эх, придётся снимать вручную, — подумала Мария, озорно засмеявшись, чем привлекла внимание братьев. Но она не обратила на это внимания и, бросив Саше плащ со словами «Держи!», подбежала к дереву, благодаря попутно Царя за то, что успела надеть браслет, подаренный ей Гормом. Иначе бы не смогла взобраться — нога болела ужасно при ходьбе.
Как хорошо, что в корпусе они с младшими учениками устраивали вылазки на базар, где приходилось бегать по деревьям, не то, что просто забираться на верхушки. Подтянувшись на нижних ветках и уперевшись ногами в ствол, Мария вскоре оказалась на развилке трёх основных ветвей. Две их них росли вверх, третья — в сторону, и как раз на ней и сидел рыжий кот, шипя и противно мяукая. Мария поморщилась, не забывая про безопасность. Она подошла к ветке и потянулась к коту.
— Тише, хороший мальчик… или девочка… Киса… Кисонька… иди ко мне…
Кот пару раз умудрился её царапнут за руку, но это не было больно, и вскоре Мария изловчилась и схватила его за шкирку. Она состроила соответствующее выражение лица, когда «маленький подлец», как она его окрестила в душе, начал извиваться и так отчаянно мяукать, что девушка с трудом его удерживала в безопасной близости от своего тела. Подойдя к спуску, она протянула кота одному из близнецов, который тут же выпустил кота, и он бросился бежать за ворота.
— Чего он там сидел?
— Лапа застряла, — ответила девушка весело. — Подлец похоже не любит, когда его трога…
Опять! Каринка перед глазами стала стремительно смещаться куда-то в сторону. Мария схватилась за ветку, зажмурившись. В ушах зашумело, но она всё же различила встревоженный крик Александра — тот спрашивал, что всё ли в порядке. Девушка с трудом дождавшись, когда голова перестанет кружиться, осторожно спустилась с дерева.
— Мария…
Она подняла голову, натянув на лицо улыбку.
— Всё нормально.
— Всё нормально, это когда не умеющий ходить, вдруг начал бегать, — философским тоном произнёс Саша, — а твоё состояние означает, что всё ненормально.
Девушка наконец нашла в себе силы оторваться от дерева, к которому всё это время стояла прислонившись.
— Ладно, но боюсь осознание этого мне не поможет. Вы идите, а я к лекарю схожу…
— Я с тобой, — Саша подошёл к ней. — Баш мне голову оторвёт, если с тобой что-то случится, пока ты идёшь.
Что же, доводы принца оказались довольно весомыми, чтобы четверо друзей распрощались и разошлись кто-куда: Мария с Александром к Теодору, а Элдор с Мэлдором пошли на конюшню — всё-таки верховую езду им не запретили.
А императрица с принцем тем временем медленно шли к покоям главного лекаря. Но если Саша предпочёл не ломать голову над тем, что же происходит с подругой, — ему, итак, сообщат, — то Мария шла глубоко задумавшись. Что же с ней происходит? Голова кружится с утра. С этого же срока болит живот. Она, конечно, понимала, что врать Башу о том, что боль прошла было не очень хорошо, но так он никогда бы от неё не отстал. Ну, что же, лекарь всё объяснит.
Как раз в этот момент они дошли до того крыла дворца, где находился лазарет и покои, а по совместительству, приёмная лекаря. Саша постучал первым и заглянул внутрь. Старый целитель сидел за своим столом, что-то смешивая в прозрачных склянках. И это «что-то» издавало жуткий запах. Но, когда дверь в его покои открылась, она поднял голову.
— О, мой юный принц, здравствуй-здравствуй. Что, ноги болят?
— День добрый, Теодор, но проблема не у меня.
Принц отступил на шаг, пропуская свояченицу вперёд. Лекарь внимательно и немного удивлённо посмотрел на неё поверх очков, для чего ему пришлось опустить голову.
— Императрица Мария? Давно я Вас не видел. Что-то случилось? — лекарь подошёл к ней, поддерживая за плечи и сделал знак принцу, чтобы он закрыл дверь с той стороны и не мешал. А девушка рассказывала ему все свои ощущения с самого утра.
Саша, как правильно воспитанный принц, послушался лекаря и решил подождать снаружи. Ждал он долго. По крайней мере, так показалось ему. За прошедшие в ожидании полчаса он успел измерить шагами весь коридор, из которого можно было попасть и к лекарю, и в лазарет, и на лестницу. Он уже думал, не зайти ли ему, когда от лекаря вышла Мария. Лицо её выражало поражение новостью, сравнимой по весомости со смертью или воскрешением. Глаза широко распахнуты. Выйдя, императрица тут же закрыла за собой дверь, облокотившись к ней спиной. Она молчала, не меняя выражения лица.
— Мария, — Александр подбежал к ней. Девушка медленно подняла голову на юношу. — Ну?
Девушка нервно улыбнулась. Улыбка была какая-то неуверенная, постоянно дрожала, как солнечные блики на воде. Спустя минуту молчания, она наконец смогла произнести.
— Знаешь, Саш… ты скоро, наверное… станешь… дядей… Месяцев через… восемь…
У Александра глаза полезли на лоб от удивления. Принц лишился дара речи, тогда как глаза говорили яснее ясного, опустившись на живот императрицы. Девушка, расстегнув куртку и натянув лёгкую ткань свободной рубашки, обозначила совсем немного, но довольно ощутимо округлившийся, в сравнении с её тонкой девичьей талией, живот…