Мария обернулась к зеркалу. Да, более жалкого зрелища она ещё не видела. Такого страха в своих глазах они ни разу не видела. Обычная весёлость и игривость куда-то ушли. Теперь ясно, почему Баш с такой душераздирающей тоской смотрел на неё, когда думал, что она не замечает. Царица сжала зубы. Ну уж нет, она не позволит горю и тоске захватить себя с головой. Она поможет Башу вернётся в свой первоначальный облик, и тогда прежняя радость снова станет её верной подругой. Мария это знала.
Императрица Обена собиралась было уже выйти и по-тихому покинуть дворец. Она взялась за ручку двери, но тут её кто-то повернул снаружи, дверь поддалась и Мария столкнулась лицом к лицу с собственной старшей сестрой. Евдокия удивлённо оглядела её с ног до головы.
— Маруся? Здравствуй… Ты… ты куда-то собралась?
Мария, похоже, сильно побледнела, так как Евдокия нахмурилась и спросила, что не так?
— Д-да, т-так… Гулять решила пойти…
Старшая царица недоверчиво выгнула бровь. Мария вздохнула, опустил взгляд. Евдокия знала её, как облупленную, она вычисляла с одного раза её ложь, соврать Евдокии и остаться не раскрытой — действо невозможное.
— Маш, если ты затеяла очередную авантюру, то я тебя не пущу.
— Это не просто авантюра, Дусь. Если хочешь всё узнать, то умоляю, пойдём со мной в конюшню. Я тебе всё объясню, обещаю.
Старшая царица спорить не стала. Девушки покинули этаж, так и не заметив, что за ними последовала тень кого-то незнакомого. Незнакомец был очень низок ростом, из спины росли два крыла покрытые кожей и ободранной чешуёй, абсолютно чёрные глаза сверкали безумным блеском в темноте коридора замка Чаяния. Снаружи стало темнеть. Был вечер.
Ёжась от зябкого ветра, императрицы зашли в конюшню, с облегчением ощутив, что давление небесного «коня» больше не действует на них. Евдокия была мрачная и невесёлая.
— Мария, Мария, — она покачала головой. — Как мне помочь тебе?
— Никак, — младшая девушка вывела своего коня из стойла, принимаясь его снаряжать. — Просто, присмотри за Башем, чтобы с он не отправился за мной.
— Но тебе нельзя отправляться верхом в… таком положении. А если, не дай Царь, что случится? Ты же можешь ребёнка потерять.
— Браслет Горма защитил его неделю назад, когда я проверяла достоверность своих догадок о том, что творится с Башем, защитит и сейчас.
— Но его сила не сможет долго тебя охранять, если ты его будешь долго носить. Тебе придётся на восьмом-девятом месяце ходить с посохом, хромая.
Мария поставила ногу в стремя, подтянулась и села в седле с выправкой настоящего кавалериста.
— Уж лучше так, но превратиться в волка Башу я не дам. И детей растить одна я тоже не хочу и не могу…
— Но… — внезапно Евдокия обернулась назад, прислушиваясь и подав рукой знак сестре, чтобы та молчала. Мария тоже стала прислушиваться и вглядываться в темноту. В конюшне стало темно — небо заволокло облаками, и закатное солнце прекратило светить. Но даже при таком освещении девушки смогли заметить тень, шевельнувшуюся где-то в углу. Фигура будто стала расти — так казалось за счёт поднявшихся крыльев.
Евдокия вдруг зашипела. Мария с некоторый удивлением взглянула на сестру. Но когда шипение прекратилось, из угла вылетело странное существо: маленькое, крылатое, с жуткими глазами и шишечками на макушке, что заменяли уши. Младшая царица вскинула брови, но тут Дуся хлопнула в ладоши три раза, спугнув существо, и оно улетело, вопя неприятным, больше похожим на вой не смазанной двери, голосом. Девушка долго молчала, смотря куда-то вперёд, пока не сказала:
— Тебе нельзя ехать одной.
Мария удивилась.
— Почему?
Старшая царица не ответила сразу. Она направилась к своему коню и принялась его осёдлывать. Она была явно чем-то обеспокоена, но упорно молчала, думая о чём-то, пока мария не оклинкла её в третий раз.
— Это Проказник…
Этих слов было достаточно, чтобы младшая императрица не стала задавать лишних вопросов…
Проказник, прозванный так как уменьшенная копия самого слова и названия болезни «проказа» — один из героев тех обенских сказок, которые основаны на реально существующих фактах, таких как Ярана-ведьма. Это маленькое, скользкое, противное существо по сути своей не несло в себе никакого вреда, но был в нём один минус. Оно появлялось только там, где была тёмная магия. Сильная, основанная на самых тёмных сторонах и побуждениях человеческой души.