Племена с северо-западного архипелага быстро приняли ей за госпожу, так как её внутренние убеждения и то, что она говорила им о захвате Обена и власти, они восприняли на «ура». Они покинули архипелаг и только сегодня добрались в южную часть Обенской Империи, которая до этого много тысячелетий именовалась Фингардом. Разбили лагерь, а Кора позвала к себе зверолюдов, которые находились под её началом уже немало времени. А знаком новой ведьмы была перечёркнутая звезда, нарисованная белой краской.
За стенами шатра послышались тяжёлые шаги, и внутрь вошёл человек с… головой ястреба, вполне пропорциональной худощавому высокому телу. За спиной у него были колчан со стрелами и лук. Кора вопросительно посмотрела на зверолюда.
— Ну как? — бархатным голосом спросила она. — Цель достигнута?
— Нет, госпожа, — проклокотал зверолюд. — Он был не один. С ним была женщина.
— И что? — её тон стал жёстче. Она догадалась о том, кто была та женщина.
— Он спасся. И она тоже. Он называл её «Мария». Я слышал их разговор.
Было видно, что ведьма зла, как никогда. Но вскоре её лицо прояснилось, даже появилась улыбка. Значит, она в замке Чаяния? Что ж, оно и к лучшему.
— Сторожите въезд в Тёмный лес. Если кто-то из членов царско-императорско-королевской семьи вдруг туда проедет, доставьте их ко мне.
Человек с головой ястреба поклонился и удалился из шатра ведьмы, которая постепенно продумывала новый план, чтобы ускорить наступление своего триумфа.
Глава 3. Александр
Мария молча слушала разговор Баша с отцом. Они уже около часа обсуждали злополучную стрелу зверолюда. Сама она в разговор не вступала, коротко отвечая на немногочисленные вопросы, и в основном молча сидела. Бессонная ночь всё-таки сказывалась. Ей жутко хотелось спать, и царица пару раз правда чуть не уснула, но когда пришла мать Баша, сон куда-то пропал. Королева смерила её тяжёлым несколько презрительным взглядом и обратилась к мужу с каким-то вопросом.
Мария не слушала. Её мысли занимали Евдокия и Володар, которые по идее должны были уже добраться домой. Не попали ли они к этим тварям? Целы ли, здоровы? Осознание того, что могли убить и её, и Баша очень сильно отрезвляло и пугало её. Но в какой-то момент мысли постепенно вернулись к тому, что происходило сейчас, и мимолётом проскользнувшее упоминание королевой брака Баша с обенкой в не самом лестном свете, было воспринято в и без того возбуждённом сознании довольно болезненно. Мария, зная свой характер, решила просто выйти за дверь, после чего во комнате воцарилась гнетущая тишина, которую царица заметила, но не посчитала нужным как-то её прервать.
Девушка пошла дальше по коридору, погружённая в свои мысли о том, как же ей хочется спать. Вот только надолго задуматься у неё не получилось. Зазевавшись, она споткнулась о подол платья и чуть не рухнула на пол, вовремя схватившись за довольно крепко прибитый к стене гобелен. Этот неожиданный поворот её немного протрезвил, но вот знакомые ощущения под рукой её отвлекли. Царица посмотрела на гобелен. Это он, тот самый… Императрица тут же забыла обо всём на свете, так как сдерживаемое столько дней любопытство всё же вырвалось наружу.
Приподняв гобелен, девушка решительно нажала на ручку двери. В следующее мгновение её лицо несколько вытянулось от удивления, так как та со скрипом поддалась.
— Интересно…
На неё пахнуло несильным запахом книг, как в старой библиотеке. Серо-голубые глаза императрицы сверкнули интересом, и девушка скользнула за дверь, прикрыв её за собой. Под ногами у неё, как и в коридоре, были холодные каменные плиты. Стук каблуков девушки отдавался громким эхо от стен немного узкого коридора. Шага через три от девушки была лестница из четырёх ступеней. Императрица не медля поднялась на них и замерла. Перед ней была дверь. Девушка прижалась к ней ухом. Там было тихо, но всё-таки она различила какой-то звук. Будто кто-то переворачивал страницы. Хотя… надо сказать, что ей стало немного страшно, но тут она нечаянно нажала на ручку и дверь открылась.
Там оказалась вполне обустроенная жилая комната. По обстановке девушка поняла, что живёт здесь человек имеющий много общего с двором. Когда её взгляд остановился на кровати, её глаза встретились с глазами как раз жителя комнаты — юноши, с голубыми глазами и почти чёрной копной волос. Мария неловко улыбнулась, видя его удивление.
— Ой, извините, — пролепетала она, отметив про себя, что юноша был довольно юным. — Я Вам помешала?