— Военный? — Мария забеспокоилась. — Откуда? Уже сколько времени мир!
Севастьян пригляделся к флагу. Когда фрегат подплыл чуть ближе он смог разглядеть флаг…
— Ямлез, — обомлел он.
Глава 5. Элитарии
Мария побледнела. Да быть того не может! Ямлез — союзное государство. Они напасть на них не могут. София тем более не позволила бы мужу послать войска в государство собственных сестёр. Но откуда тогда военный корабль на территории Обена?
— Надо скакать обратно, — коротко произнёс Баш развернув коня. Императрица уже было собралась повернуть за ним. Её испуганный и сосредоточенный взор вновь оглядел корабль. Её взгляд что-то привлекло. Когда же она это разглядела, то не поверила своим глазам.
Она услышала, что сзади раздался грозный окрик Севастьяна, который был крайне разгневан столь внезапным и бесчестным нападением и разрывом мирного договора. Да ещё и Мария совершенно не вовремя включила принцессу, а не солдата. Не был бы он настолько сосредоточен на происходящем, то непременно вспомнил бы, что царица ничего просто так не делала. Тут она обернулась к нему. Её глаза сверкали.
— Баш, это…
— Живо в замок, я сказал! — крикнул он, не дослушав.
— Дослушай, — теперь уже злилась Мария.
— Маша, ты меня услышала?!
Императрица поджала губы. Не слушая мужа, она спрыгнула с коня и подбежала к обрыву. С корабля к берегу плыла вереница лодок, на одной из которых реяло знамя корпуса элитариев — разинувший пасть лев на чёрном фоне с красной каймой.
Царица услышала, как Севастьян подъехал к ней и собирался было поднять в седло, но царица вовремя обернулась к нему и отошла к самому краю. Севастьян округлил глаза.
— Сначала выслушай, или я шагну, слышишь? — твёрдо произнесла она. В ней уже клокотала обида из-за крика Баша, хотя они и понимала, как это выглядело с его стороны, но злость сдержать была не в силах. Севастьян был и сердит, и поражён, и даже несколько напуган таким заявлением. Если она и вправду шагнёт, то разобьётся о скалы, что выглядывали из-под бившихся об крутой берег волн.
— Маш, ты что творишь? — проговорил он, спрыгивая с лошади.
— Для начала, просто прошу тебя меня выслушать. Это не захватчики. Это — мой корпус элитариев. Я отсюда вижу лицо своего капитана. С ним — мои однокурсники. На таком сроке службы против правил отправлять элитариев на войну. Максимум — битв с пиратами. Этим занимаются даже новобранцы и ученики.
Баш слушал её не так уж и спокойно. Его больше беспокоил тот факт, что Мария реально стояла почти на краю.
— Ты понял? — последние слова императрицы были произнесены почти шёпотом. Её глаза умоляюще смотрели на юношу. Тот опустил напряжённые плечи, с трудом переводя дыхание после стольких событий подряд. Он кивнул и протянул ей руку.
— Понял, иди сюда.
Императрица сделала шаг к нему, но юноша долго ждать был не намерен, и живо притянул её к себе, стараясь успокоить и без того разыгравшуюся фантазию, что рисовала ему не самый радостные картинки. Царица поморщилась от того, с какой силой он сжимал её руку, но высвободить не смела, напряжённо ожидая его реакцию. Он внимательно смотрел на лодки. Те плыли в сторону небольшого песчаного пляжа, что находился метрах в десяти от того места, где Мария встала на край. Севастьян, похоже, успокоился. Он перевёл хмурый взгляд на императрицу, укоризненно глядя ей в глаза.
— Что? — Мария с обидой отвела взгляд.
Севастьян продолжал молчать. Императрица была готова его даже ударить, только бы он выпустил, наконец, её руку, которая сильно ныла, из-за его крепкой хватки. Она отчаянно кусала губы, стараясь выдержать это, но вскоре просто не выдержала и потянула руку. Баш ещё сильнее сжал её и грозно прошипел на ухо девушке.
— Ещё раз такое выкинешь, я с тобой больше не буду разговаривать.
Мария не вытерпела и срывающимся голосом взмолилась.
— Баш, я могу тебе это пообещать, только выпусти мою руку.
Принц видно понял, что перегнул палку. Он выпустил ладонь императрицы, но извиняться явно не спешил. Да и Мария не жаждала продолжать разговор в этом ключе. Не обмолвившись ни словом, они направились к пляжу. Вновь прибывшие только пристали к берегу и высаживались, как вдруг к пляжу спустились два всадника. Один из них, спешившись, побежал к ним. Капитан корпуса элитариев нахмурил тёмные брови и прищурился. В следующее мгновение его лицо озарила по-отечески нежная улыбка.
— Мария! — воскликнул он. Царица повисла у него на шее, крепко обнимая его.
— Капитан Али, сколько же времени прошло! — она сияющим взором осмотрела его и друзей, который тоже с восторгом восприняли появление подруги. Но с ними она обниматься не стала. Их пошлые шутки ей надоели ещё в корпусе. Возможно, с тех пор они не изменились, но вот впечатление, которое они оставили, всё ещё не лучшим образом влияло на мнение императрицы о друзьях.