Я врываюсь в нее членом, и мы оба стонем, забыв обо всем на свете. Я прижимаю ее к столу всем телом и двигаюсь на ней, как животное во время течки. По нашим ногам течет общая смазка, наша кожа встречается громкими влажными шлепками, мы дышим, как единый организм — я выдыхаю, она делает вдох.
Все это где-то на грани моего помутневшего сознания. Все, что я чувствую в моменте — это то, как охрененно мне внутри нее. Внутри Милы. Моей девочки, моей подруги и соратника, девушки, о которой у меня был первый мокрый сон. С самого детства она заполонила собой все мои мысли и сейчас стонет подо мной, подаваясь бедрами навстречу, пока я неистово трахаю ее киску.
Мы кончаем одновременно, и я чувствую, что у нее подкашиваются ноги.
Но я еще не закончил.
Я отстраняюсь, переворачиваю ее и кидаю на стол. У Милы мутные глаза, подернутые пеленой наслаждения, которое ей подарил я. От осознания этого факта в груди расцветает цветок. Огненный, шипящий и искрящийся жарким пламенем, которое шепчет мне брать еще и еще.
Зачем останавливаться, если этот пир накрыт только для меня? Больше нет и не будет никого и никогда.
Я придвигаю щелку Милы к своему члену. Трусь о нее головкой и не могу сдержать эмоций, ощущая горячую влагу, о которой мечтал годами. Но это же, мать его, наказание, не так ли?
Я открываю другую страницу дневника и опять читаю вслух. И проделываю это раз за разом, наслаждаясь мучением и удовольствием, что борются во взгляде Милы.
Я трахаю ее, кончаю внутрь, наплевав на последствия, потом опять трахаю и уже думаю о том, как и где трахну ее в следующий раз…
Глава 9
Мила
Телефон вибрирует каждые несколько минут уже около часа. Я не оборачиваюсь, не желаю смотреть на экран. Не знаю, кто звонит, но догадываюсь. Алекс уже должен был уехать на работу, скорее всего это он. Только я не хочу говорить.
Солнце давно встало, но я не могу заставить себя выбраться из постели. Когда Алекс закончил терзать мое тело, принес меня сюда и молча ушел. Пришлось самой кое-как вымыться, а потом рухнуть в кровать и укрыться одеялом с головой.
Не хочу вылезать, не хочу возвращаться в реальность.
В конце концов в комнату входит Катя. Она садится и гладит меня по плечу.
— Мил, тебе плохо? Принести что-нибудь?
Я молча качаю головой.
— Ты не заболела? Уже полдень, а ты до сих пор в кровати.
Я подскакиваю и смотрю на сестру недоверчивым взглядом. Уже полдень⁈ Только сейчас вспоминаю, что приехала помочь сестре.
— Прости, Кать, уже встаю.
— Можешь полежать еще, если хочешь.
Она в своем обтягивающем спортивном костюме. Опять на фитнес собралась. Меня мучает чувство вины.
— Все нормально, я просто поваляться хотела и потеряла счет времени. Ты позавтракала чем-нибудь? Я могу быстро яичницу сварганить.
— Не надо, — успокоила Катька. — Я перекусила с Лешей. Он пожарил блинчики, там и тебе осталось.
— Алекс… готовить умеет? С каких пор?
— Да с тех, как мы поженились, — смеется сестра. — Ты же знаешь, какие у меня получаются «шедевры», так что ему пришлось научиться, чтобы не помереть с голоду. Ну или от отравы.
Сколько всего я не знаю о своем друге. Я и не подозревала, что он начал готовить, пить, что мучился из-за раны, что я ему нанесла. И самое главное — когда он превратился в изменщика?
Я первая, с кем он изменил? Или у него есть еще любовницы?
Через силу улыбаюсь сестре. Ей нельзя сейчас даже подозревать мужа в подобном. Ничто не должно навредить ее здоровью и здоровью малыша.
— Спасибо ему, я как раз голодная. Сейчас умоюсь и спущусь. А во сколько он вернется с работы?
— Он сегодня из дома будет работать. — Катя смотрит на меня непривычно серьезно. — Слушай, я ему это уже говорила, теперь и тебе скажу. Мое ментальное здоровье сейчас во многом зависит от вас двоих. Я вас обоих люблю и хочу, чтобы вы снова стали друзьями. Или, по крайней мере, попытались это сделать.
— Кать… — Я сглатываю, невольно вспоминая, как мой «друг» полночи вертел меня голую на столе. — Я…
— Пожалуйста, — давит сестра. — Мне это важно. Ладно, можете не пересиливать себя и не строить прям дружбу, но хотя бы не ссорьтесь, ладно? Хочу приходить домой и чувствовать себя уютно, лады?
— Л-лады…
Катя солнечно улыбается.
— Вот и прекрасно! Тогда я упорхала в зал, а вы не скучайте!
Она уходит, оставляя меня с чертовым разбитым сердцем. Я правда так себя чувствую. Каким же шоком для нее станет произошедшее между мной и Алексом, когда она узнает…
Нет, нет, она не узнает! Я унесу этот грех с собой в могилу. Это ошибка. Страшная ошибка, которая никогда не повторится!