— Приехали, — улыбается Лиля. — Пойдем скорее!
Она тащит меня из машины, и я с ужасом смотрю на стеклянное здание с разноцветными вывесками. Я даже не подумала, где запишусь на йогу, а она привезла меня в центр, где работает Семенов!
— Здесь не очень хорошие отзывы, — мямлю я. — Давайте в другое место.
— Но мы уже приехали. Давай, Милушка, чем раньше начнем, тем раньше закончим!
Она толкает меня в спину прямо до стойки регистрации. Тупо улыбаюсь и спрашиваю, когда ближайшее занятие по йоге. Молюсь, чтобы оно началось завтра.
— Через полчаса, — улыбается девушка за стойкой. — Можете пока оплатить абонемент и переодеться.
Блять.
Приходится оплатить разовое занятие… и за Лилю Сергеевну тоже. Нам показывают, где раздевалки. Чувствую себя странно, раздеваясь перед Лилей. Хотя она даже не обращает на меня внимание. Она занята собой. Сняла что-то, покрутилась перед зеркалом. Потом снова и снова, пока не осталась в топике, открывающем живот и в обтягивающих леггинсах. Стоит опять перед зеркалом, поправляет волосы и макияж.
Я не так уверена в себе, поэтому переодеваюсь быстро и стараюсь не смотреть на ее подтянутый живот. Это вообще законно? Так выглядеть в ее-то годы!
Переодевшись, мы выходим в коридор. Идем к кабинету йоги и вдруг вижу, как из-за поворота выходит Семенов. Он улыбается, говоря с кем-то по телефону. Затем наши глаза встречаются, он замирает и переводит взгляд на Лилю.
Я почему-то уверена, что он говорит с Катей…
— Я перезвоню, солнце, — говорит в трубку и подходит к нам. — Доброго утра, дамы. Мила, Лилия Сергеевна.
— А мы знакомы? — хмурится Лиля. — Ну, вроде лицо я где-то видела…
— Я был одноклассником Милы и вашего сына. Александр Семенов.
Он берет ее ладонь и мягко целует. У меня свербит под носом.
— Вот как? — уже более благосклонно улыбается Лиля. — Что ж, очень приятно. А вы, случайно, не инструктор по йоге?
— Жаль вас разочаровывать. Так вы на йогу пришли? — Он смеряет меня внимательным взором. Хочется прикрыться руками, но я стою неподвижно. — Уверен, вы останетесь довольны. Кстати, чего вы Катю с собой не прихватили?
Сдерживаю желание пнуть его по ноге.
— Да мы спонтанно сюда приехали, — отвечает Лиля. — С Катей, может, в другой раз. И вообще, ей сейчас больше лежать надо. С таким-то пузом.
Саша улыбается, но вижу, как его глаза похолодели.
— Беременность не всегда мешает заниматься спортом. Вам ли не знать, вы же тоже мать.
— Я уже давно не мать, — отмахивается Лиля. — Как только Леше исполнилось восемнадцать, он сам за себя отвечает, это больше не моя ответственность.
Какая мать вообще такое скажет? Мне почему-то становится стыдно перед Сашей. Беру Лилю за руку и пытаюсь увести.
— Мы скоро опоздаем, идемте.
Мы уходим, я зачем-то оборачиваюсь и вижу, что Семенов кому-то звонит.
Глава 25
Алекс
Я перегнул палку. Я знаю это. Но что, блять, поделать, если я теряю контроль всякий раз, когда речь заходит о Миле? Может, это и не любовь вовсе, а какая-то одержимость?
Ну и что? Она все равно моя.
Встаю у стеклянной двери и сразу нахожу Милку взглядом. Она сидит, скрестив ноги, пока все вокруг исполняют непонятные позы. Губы сами собой растягиваются в улыбку. С чего ей вдруг йога сдалась? Она никогда не была хороша в этом.
Тут замечаю, что мыслями Мила вообще не здесь. Смотрит в окно. И взгляд у нее… потерянный. Мне хочется ворваться, обнять ее и успокоить, решить все ее проблемы. Да в конце-то концов извиниться за то, что устроил вчера. Я знаю, что не заслуживаю ее. Знаю, что она может найти того, с кем ей не придется вот так грустно глядеть в окно и размышлять о том, что же ей делать, как вырваться из угла, в который ее загнал когда-то самый близкий ей человек.
Инструктор что-то говорит и женщины возвращают телам адекватный вид. Тут-то я и вижу свою мамочку. Я надеялся опередить ее, предупредить Милу, что она скоро покажется. Может, это из-за нее Мила такая? Хотя вряд ли. Моя мать при всем желании не смогла бы обидеть Милу так, как это сделал я.
Стучусь и открываю дверь. Все поворачиваются ко мне… Кроме Милы. Она все еще витает в облаках. Моя мать радостно машет мне рукой.
— Лешенька! Девочки, это мой сын!
— Извините, — виновато смотрю на инструкторшу. Извиняюсь уже скорее не за вторжение, а за громкую мать. — Могу я забрать у вас одного человека?
— А я тут не одна, Лешка! — Мама тычет в Милу, что сидит на соседнем коврике.
— Я знаю, мам, за ней я и приехал. Ты можешь закончить занятие, если хочешь.