— Саша… Семенов?
Катя кивает.
— Так все между нами и началось.
Ее взгляд блуждает где-то, а тело расслабляется. Я почти задыхаюсь от накатившего чувства облегчения. Так у них все серьезно, она влюблена. Это хорошо. Это так, блять, хорошо, что я почти готов расцеловать жену за то, что она нашла себе любовника.
— Я правда не знаю, от кого ребенок. — Катя потихоньку успокаивается. Достает из малюсенькой сумочки платок и аккуратно промакивает лицо, вытирает нос. — Он в первую очередь будет мой, понимаешь?
— Понимаю.
Я правда понимаю. Понимаю, что этот брак чуть не сломал не только меня, но и Катю. Этот ребенок необходим ей. С Костиком она всегда будет вспоминать обо мне, а этот ребенок… Он может подарить ей совершенно новую жизнь. Свободную от чувств ко мне.
— Ты так и не ответил, — Катя взяла себя в руки, выпрямилась, приподняла подбородок. — Как она отреагировала?
— Не очень хорошо… Но и не ужасно. Она не злилась, Кать, ей было очень больно.
Жена снова отворачивается.
— Она собирается уехать?
— Собиралась. Теперь не знаю.
— Вы теперь вместе?
— Не знаю…
— Значит, рано ей уезжать. Иначе я зря ее позвала.
— О чем ты?
— Пока я была с Сашей, мне все время что-то мешало расслабиться. Поначалу я не понимала, что это. А потом, когда окончательно решила, что вскоре мы с тобой разведемся, я осознала, что это было… кхм… чувство вины. — Катя нервно комкает платок, ее пальцы подрагивают. — Я поняла, что не смогу быть по-настоящему счастливой, в то время как отобрала это счастье у сестры. И у тебя тоже.
— Так ты поэтому ее пригласила? — Усмехаюсь и тру лицо. Хочется рассмеяться. — Нет никаких осложнений с твоей беременностью, верно?
— Верно… Я должна… кхм…
— Ну что еще⁈
— Прости!
Она снова зажимается и отводит глаза.
— Это ведь может оказаться твой ребенок, и я понимаю, что заставила тебя волноваться. Но теперь можешь не беспокоиться, он в полном порядке.
— И ты все это время проводила с Семеновым?
— Ну, почти. С подружками я тоже гуляла.
Не могу сдержать реакцию, и Катя видит, как мое лицо морщится в отвращении.
— Я не вру.
— Знаю, — успокаиваю ее. — Просто твои подруги мне никогда не нравились.
— Сговорились вы что ли, — фыркает Катя. — Саше они тоже не нравятся.
— Они глупые, эгоистичные и самовлюбленные. Позови ты их на помощь вместо сестры, никто бы не приехал.
— Они мне нужны не для этого, — отмахивается жена. Затем медленно, почти кряхтя встает с дивана. — Все, я устала. Пойду спать.
На полпути останавливаю ее:
— Катя.
— Чего?
— Завтра поговори с Милой. Вам обеим это нужно.
— Ага, конечно.
— Я не шучу.
— Я тоже, — тихо рычит. — Отстань, поговорю я с ней.
Катя уходит, а я еще долго сижу и смотрю на жалкую имитацию огня. Совсем забыл поговорить с Катей о разводе, но и сейчас мои мысли не об этом. Думаю, что не хочу жить с Милой здесь. Да и она не захочет. Я куплю новый дом. А если не найду подходящий, то построю.
И там будет не эта жалкая имитация, а настоящий теплый камин, в свете которого мы с Милой будем предаваться любви.
Глава 29
Мила
Утро выходит… неловким.
Я не сразу заставляю себя встать с постели. На телефоне очередной пропущенный от Сережи. Что ему в голову ударило вдруг? Но я думаю не об этом. Лежу и раз за разом прокручиваю в голове вчерашний разговор с Алексом. Внутри все как-то… смешанно, непонятно. И радость, и грусть, и предвкушение, и страх. Все слепилось в кучу и засело где-то внутри большим непереваренным комом.
В конце концов встаю, принимаю душ. Сушу волосы, нервно поглядывая на часы. Обычно в это время Кати дома уже нет, но я прямо нутром чувствую, что она еще внутри.
Наконец спускаюсь и вижу ее. Она стоит у лестницы, держится за перила, словно собиралась вот-вот подняться.
— Доброе утро, — говорю с твердостью, которой на деле не ощущаю.
Катька открывает рот, несколько секунд смотрит мне в глаза… и уходит молча. Дверь за ней захлопывается с такой силой, что мое тело вздрагивает.
Из окна кухни вижу, как она выезжает из гаража. В последний момент мне кажется, что она смотрит прямо на меня. Но вот машина разворачивается и укатывает с той же скоростью, на которой Катя, оказывается, способна ходить на каблуках.