Где чертов Леша, когда он так нужен⁈ Почему не защищает ее⁈
Иду решительным шагом к столпотворению, и вдруг какой-то подросток кидает в Милу помидор из своей корзинки. Овощ касается ее джинс, оставляет еле видное пятно и бухается на пол. Бабушка подростка одергивает его, но он успевает кинуть резкое: «Шлюха».
Что-то красное застилает глаза. Беру с полки какой-то спрей и швыряю в мальчика. Попадаю почти в пах, чуть ниже. Подросток смотрит на меня ошарашенно, а его бабушка собирается на меня наехать. Но я успеваю первая.
— Держите свое животное дома, раз не можете научить его манерам, женщина! — шиплю ей в лицо. — Еще раз он что-то подобное вытворит, и я ему зубы выбью, это понятно⁈
Бабушка молча хватает парня за руку и поскорее уводит. Вокруг как будто сотни шепотков, все на нас смотрят, но я вижу только подруг, которые посмели всю вину переложить на мою сестру и сделали это перед кучей людей, которые будут сидеть и обсуждать это в своих домах, передавать соседям и друзьям.
Эти твари просто выживут мою сестру из города!
Кручу головой, ища что-нибудь подходящее. О мою туфлю что-то мягко ударяется. Спрей. Беру вытянутую бутыль, жалея, что это не бита, но тоже сойдет. Подхожу к удивленным подругам.
— Вам еще есть что сказать?
— Катюш, ты чего? — мямлит Маша, с опаской глядя на спрей. — Мы же тебя защитить хотели.
— Она сюда с мужем твоим приехала! — заявляет Вероника.
Я молча поднимаю спрей и пшикаю в них, как на назойливую мошкару. Девочки жмурятся и с визгом отступают, но мне этого мало. Хватаю бутыль покрепче и бью их по головам.
Тут меня кто-то хватает.
— Катя, успокойся! — просит Мила. — Ты же им головы разобьешь!
— Они им только для этого и нужны! — рычу, преследуя подруг. — Чтобы по ним били! Может тогда мозги на место встанут!
Этот хаос продолжался, пока не явился Леша. Он оттащил от меня Милу, а затем прибежал охранник, разведя нас в стороны. Вероника и Маша плакали и кричали, что напишут на меня заявление, но я осталась довольна. Их лица покраснели, а на голове творится такой бардак, что зрители просто не могли не заснять это, чтобы затем выложить в интернет.
Позже я, Мила и Леша сели в его машину. Леша за рулем, Мила рядом, а я сзади. Я, делая вид, что ничего такого не произошло, чинно назвала адрес.
— Это тебе не такси, Кать, — хмурится Леша. — И вообще, объясните-ка мне, что там произошло. Весь магазин на уши поставили.
— Ты бы знал, что там произошло, если бы не бросил Милу на съедение волкам! — кричу на него.
Мила тут же оборачивается, глянув на мой живот.
— Не волнуйся, ничего страшного не случилось.
— Я искал место припарковаться, — чеканит Леша. Его глаза прикованы к моей сестре. — Я же просил подождать меня у входа!
— Знаю, — виновато тянет Мила. — Просто… Я хотела доказать себе, что не боюсь. И сначала все шло хорошо, но потом…
— Ты наткнулась на Машу и Веронику, — понимает Леша. — А уйти от них никак нельзя было?
— Так я кивнула им и прошла мимо, а они за мной.
Я взбрыкиваю, тянусь к дверной ручке, чтобы выбежать и поймать этих наглых лживых тварей. Но Мила с Лешей меня останавливают.
— Успокойся, — просит сестра. — Кать, ничего страшного. Я в порядке. — Затем ее лицо расплывается в улыбке. — Ты всегда будешь избивать того, кто меня обидит? Ты же уже не ребенок.
— Ну и что? Ты моя сестра, это не изменилось.
— Чего ты тогда прячешься от меня?
Виновато отвожу глаза.
— Кать…
— Отвезите меня куда я сказала!
— К Семенову? — догадывается Леша.
— Да!
— Поехали, — спокойно говорит Катя.
Они с Лешей переглядываются и тот послушно заводит машину.
Очень скоро я понимаю, что они везут меня к родителям.
— Это похищение, — предупреждаю их.
— Мы все обговорим дома, — чеканит Мила.
Я тут же затыкаюсь, потому что такой тон не предвещает ничего хорошего. Мила редко его использует, но если она это делает, то лучше сидеть мышкой.
Во мне просыпается младшая сестра и я молча сижу до самого дома родителей. Успеваю только настрочить Саше, что задержусь. На его вопросы отвечаю, что Мила и Леша меня похитили и привезли к родителям, но этот гад и не думает меня спасать, а говорит, что сам уложит Костика. Затем желает мне удачи.
На сердце опять теплеет и к родителям я захожу полная сил. Но скрываю это под маской вины. Благо, это работает, и мама не накидывается на меня. Папа даже машет из зала.
Мы садимся на кухне. Мама наливает всем чай, ставит блюдца с бутербродами с колбасой и сыром, печеньки и крекеры.