- Надо её на обед позвать, а потом и на ужин можно, - врывается в мои мысли голос Давида.
Он рассматривает, как Камилла о чём-то разговаривает с пожилой парой, которая пристально изучала новый китайский кроссовер.
На ней белая блузка и чёрные узкие брюки, а на ногах Конверсы вместо шпилек, на которых так любят гарцевать остальные сотрудницы салона. И мы с Давой, ещё с утра, не сговариваясь, опустили этот факт нарушения дресс-кода, посчитав, что у админа салона должен быть какой-то отличительный штрих. И наверняка минимум косметики. Ей и не нужно. Несмотря, что ей двадцать семь, мы с Давой заглянули в её личное дело, на вид она свежая и нежная, точно только восемнадцать ей исполнилось.
- Мне кажется, у неё проблемы…с этим…
- С чем? С сексом?
Кто о чём, а Дава про своё. Уже по-любому все позы с ней перепробовал в мыслях своих грязных.
- И с сексом тоже, - задумчиво тяну я, вспоминая её, когда она только открыла дверь. Растерянная, безучастная, точно выгоревшая.
Ещё по телефону понял, что что-то не так, когда позвонил с утра, выяснить, почему нет на рабочем месте, поэтому и прикатил проверить. Всякое у человека может случиться, много времени не надо для этого. И забота ещё никому не вредила.
Интересно, пообедала вчера? Я столько всего ей заказал, не зная, что она любит, но желая угодить.
Утром мы встретились в зале. Она учтиво поздоровалась и пошла по своим делам, а я немного разочарованный её холодностью, не спросил, что из меню ей понравилось больше.
- Ты усложняешь, Мурик, - отмахивается Давид. – Это просто такой образ у девочки, и он, несомненно, работает.
- Не смущает, что она тебя так-то старше? – стебу Даву, постоянно называющего Камиллу девочкой.
- Я выгляжу смущённым? – фыркает брат.
- Нет, Дава, ты выглядишь перевозбуждённым, - опять дразню брата.
- Это да, - не отрицает он. – Давно меня так не вставляло. Может, никогда…
- Да, ладно, ты гонишь, - толкаю его в плечо, хотя он озвучивает и мои мысли тоже.
Даже брат, более приземлённый в плане чувств, разглядел что-то в этой девушке. Хотя, может, его цепляет, то, что она холодна с ним. Ведь Давиду с лет четырнадцати нет отказа в женском внимании, а тут такой игнор со стороны Камиллы, на все его приёмчики. И, честно говоря, мне хочется, чтобы Камилла и дальше не велась на Даву. Мне впервые так ревностно. Нет, у нас случалось пересечение взглядов, когда нравилась одна и та же девочка, но в итоге, либо она выбирала кого-то одного сама, либо вообще доставалась нам обоим.
Камилла явно не из таких, кому нужен ничего не обязывающий тройничок. И, если честно, мне бы тоже не хотелось практиковать с ней именно такой формат отношений. А по-серьёзке с ней быть, возможно, вполне. Знаю, что забегаю вперёд семимильными шагами, но осознал это только что. Примерил на себя, и мне зашло.
Мы в своей задумчивости пропускаем тот момент, когда нас замечают.
Камилла поднимает взгляд и в очередной раз ловит нас за разглядыванием.
Опять палим на неё, как два придурка озабоченных.
- Так, ладно, - Дава, и, не собираясь скрывать своего интереса, посылает ей улыбку и отходит от окна. – Как я выгляжу? – вопросительно смотрит на меня и поправляет пиджак и воротник на рубашке.
- Нормально, - ворчу и раздражённо веду плечами.
Меня бесит, что он собрался подкатывать к ней, но предъявить я особо ничего не могу, не бежать же вперёд, с аналогичным предложением.
- Я на обед, - объявляет он, взъерошив пятернёй волосы, оставлял меня наедине со своей досадой.
Долго не высиживаю, подхожу к нашему «наблюдательному пункту».
Давид, наплевав на все нормы этики, стоит, оперевшись одной ладонью в бок яркой Ауди, на дверцу которой облокотилась Камилла. Он лыбится во все свои зубы, и что-то зачитывает ей, и, видимо, преуспевает больше в своей наглости, потому что она улыбается и кивает.
Брат слегка склоняется, опять что-то говорит, и Камилла снова кивает и не стремится увеличить личное пространство, в которое без зазрения совести вторгается Давид. А значит, ей заходит.
Отхожу от окна и сажусь за стол, пытаясь отключить голову и вникнуть в отчёты. Но ни хрена не выходит. Просто никак.