На ней такое короткое платье, что и раздеваться не надо, просто задрать немного, при желании и отогнуть в некоторых местах. Но даже Женька, в своём прикиде, кричащем, что она готова на всё, не трогает меня.
За ней с тем же немым вопросом на нас смотрят ещё парочка девчонок, которых мы позвали на наши днюхи.
Вообще, народу набралось немало, половина из них сейчас на танцполе, самые «преданные» за столиком, но меня, с некоторых пор, как и Тимура, не интересует никто, кроме Камиллы, которая, так и не пришла.
- Мы скоро, - отмахиваюсь от моментально надувшейся подруги. Выходим из тихой випки и окунаемся в гул музыки.
Народ вокруг беснуется. Трудно найти клочок свободного пространства, и мы отходим к бару. Здесь не так запружено людьми и поговорить можно.
- Ладно, Мурик не грусти, - притягиваю брата за плечи, - найдём мы к ней подход. Всё равно будет, либо твоей, либо моей. Лучше, конечно, моей, но если выберет тебя, то смирюсь.
- Ты сам-то в это веришь? - усмехается Тимур, отталкивая меня.
- Нет, не верю, - не собираюсь кривить душой, - я сделаю всё, чтобы она выбрала меня.
- Ладно, Дава, давай заканчивай делить шкуру неубитого медведя. Она ровно продинамила, что тебя, что меня.
- Ни чё, - не унываю я, - сейчас договорюсь с пацанами, чтобы девчонок заняли и стартанём к ней в гости.
Мурик смотрит на меня с сомнением, но в то же время, я вижу, как мой азарт заражает его. Улыбка медленно наползает на его кислую физиономию.
- А давай, - кивает он. – Если и пошлёт, так обоих.
- Не пошлёт, - улыбаюсь в ответ. – Ну, если только тебя.
- Посмотрим, - щурит свои глаза.
- Посмотрим, - вторю ему и спешу, предупредить пацанов, что мы сваливаем, пусть дальше сами развлекаются, и девчонок заодно тоже займут.
А возвращаюсь к бару, и вижу, как Мурик гипнотизирует взглядом Камиллу, которая всё же пришла. И она поддаётся ему, смотрит зачарованно, того и гляди, сейчас у них инсайт на двоих случится.
Сперва неконтролируемо топит гнев. Хочется свалить, прихватит Женьку, и жарить её всю ночь, и не думать ни о какой Камилле, которой непонятно, что нужно.
Она чутко реагирует и на Мурика, на все его глубокие взгляды и проникновенные слова. Видно, что брат чувствует то, что не подвластно мне. Но в то же время она отзывается и на мои заигрывания, которые менее элегантны, прямолинейны, и, по сути, сводится к тому, чтобы уболтать её на секс. Не считаю нужным скрывать, что я хочу её. Или делать это, завуалировано, как Мурик. Но сейчас я чувствую себя лишним, потому что и слепому понятно, что у них там что-то особенное происходит.
И вопреки всем своим взметнувшимся чувствам, я делаю над собой усилие и иду к ним.
- Вот вы где! – добавляю радости и громкости.
Камилла вздрагивает.
Мурик поджимает досадливо губы.
Но мне, по херу, на немые претензии брата, всё моё внимание на Камилле, потому что она просто секси.
Не собираюсь даже сдерживать все те фантазии, которые мигом вползли в мою голову, при виде её стройной фигурки в простом чёрном платье, ни коротком и ни длинном, и даже не сильно её облегающем, но какая же она в нём офигенная. Какая-то чистая красота, которая не может не трогать. Меня вот трогает, я бы сказал, торкает.
- Ты пушка, детка! – склоняюсь к ней, и, взяв за тонкое запястье, глажу ладошку, а потом слегка касаюсь нежной кожи, губами, ловя слабый сладкий аромат, какой-то ягодный, и задерживаю её ладонь чуть дольше, желая втянуть его больше и запомнить.
Чувствую, что хочет вытянуть ладонь, и слегка сжимаю, напоследок, метнув взгляд на её лицо.
Она сейчас смотрит на меня так неподдельно смущённо, закусив губу, точно сорвётся и сбежит. Я бы хотел, чтобы она также смотрела на меня, когда я, не снимая с неё этого платья, опустился с поцелуями ниже.
Я бы зацеловал её везде и делал бы это до тех пор, пока она не оттаяла, и сама не попросила трахнуть её.
- Мы заждались, - произношу, услышав, как просел собственный голос.
Камилла моргает. Растерянность во взгляде тает, она привычным жестом поправляет волосы, уводя пальцы немного на шею, и мы с Тимуром как по команде, смотрим на её изящную шейку с тонкой цепочкой на ней.